Анна Диллон - Измена

Стефани включила тренажер.

— Прости, что опоздала. Сегодня у нас было мероприятие, так что мы немного выпили.

— Без проблем, — задыхаясь, произнес Роберт. — Я же получил твое сообщение. Слушай, а есть какие-либо новости на работе о…

— О нас? Нет, никаких. И я слышала, что директор группы DaBoyz восхищен этим новым проектом.

— Да. Слушай, мне кое-что надо у тебя спросить. Тереза говорит, что оба лидера этой группы — геи.

Стефани покачала головой.

— Не слышала об этом. Но меня это почему-то не удивляет. А что, есть проблема?

— Вовсе нет. Но она также сказала, будто слышала на MTV, что они собираются разойтись.

Стефани почувствовала сильное раздражение. Диск не будет пользоваться особой популярностью, если лидеры группы разойдутся, это всем понятно.

— Это так. Именно поэтому новый сингл так важен для них. У них есть инвесторы, которые, естественно, боятся потерять вложенные деньги, вот они и делают этот диск для них. Если все пойдет нормально, ты поможешь многим людям спасти их деньги. Попробуй их кинуть — и ты никогда больше не сможешь работать в этом городе, — засмеялась она.

— Я никогда не знаю, когда ты шутишь, а когда серьезна.

— И то, и другое, я думаю. Ты делаешь большое дело. Помнишь, я сильно рисковала своей карьерой, когда начинала это?

— О, нет-нет, не возвращайся к этой теме, — лениво протянул он.

— И прости меня за вчерашнее. Я на самом деле хотела видеть тебя, Роберт, но я уже договорилась идти за покупками вместе с Салли, перед тем как…

Роберт искоса посмотрел на нее и улыбнулся.

— Перед тем как?..

— Перед тем как мы увиделись.

— Ну и хорошо, что так получилось. Это позволило мне поработать. А если бы ты и я оказались вдвоем, то…

Стефани покосилась на него.

— Ну и что же мы делали бы, в таком случае?

— Разговаривали. Строили планы.

— Я знаю. Ты делаешь меня такой счастливой. Даже Салли это признает.

Роберт, взглянув на Стефани, предложил:

— Мне бы очень хотелось познакомиться с твоей таинственной подругой Салли.

— Она уже давно этого хочет. Я столько ей о тебе рассказывала.

— Думаю, она удивится, услышав последние новости.

— Удивится — это не то слово, ведь она так не верила в серьезность наших отношений. Я сказала ей, что мы можем встретиться после Рождества и отпраздновать. Салли платит.

— Прекрасная мысль. А почему платит именно она?

— Потому что она мне проспорила обед, сказав, что ты никогда не оставишь свою жену ради меня.

— Ну, думаю, в этом уже можно не сомневаться. Я закажу в «Шанахане» столик.

— Ты еще не передумал насчет Рождества? — поинтересовалась Стефани.

— Я только об этом и думаю, — быстро ответил Роберт.

— Ты сможешь провести Рождество со мной?

Прежде чем ответить, Роберт увеличил скорость, и Стефани подумала, что это было сделано с целью уйти от ответа.

— Боюсь, что нет. Ну же, будь разумной.

Должно быть, на лице Стефани что-то отразилось, потому что Роберт немедленно продолжил:

— Ты предлагаешь мне пойти к Кейти и детям и сказать им: «Знаете что? Я вас покидаю. Да, кстати, с Рождеством». Разве я так смогу?

Стефани печально согласилась.

— Нет. Конечно же, нет.

Да, Роберт всегда предлагал разумные пути, и она всегда с ним соглашалась. Надо признать, каждое его оправдание звучало совершенно рационально. Стефани кивала, не слушая, что он говорит дальше. Значит, то, что Роберт сказал о субботе, неправда? Ей нужно было подумать.

Но он так ее обнадежил!

Если Роберт сейчас снова уйдет, как всегда, надавав Стефани кучу обещаний и оставив ее с надеждами, она сама пойдет к его жене и все ей расскажет. Если он боится причинить Кейти боль, она сделает это за него!

— Но я увижу тебя утром. И проведу с тобой весь рождественский день, — добавил Роберт.

— А когда ты скажешь ей? — спросила Стефани. Его ответ немного успокоил, но она хотела большего. Ей нужно было что-то определенное, что-то, за что можно было уцепиться.

— Думаю, двадцать седьмого. Кажется, будет пятница.

— А почему не в четверг?

— Потому что я давно пообещал съездить к ее сестре на обед. Все обещания нужно выполнять.

Что-то похожее на панику начало овладевать Стефани. Паника и… гнев. После того как Роберт сказал в субботу, что хочет быть с нею, она так или иначе рассчитывала, что на Рождество они будут вместе. Но когда Стефани во второй раз начала этот разговор, то поняла, что Роберт и не собирается ничего предпринимать.

— А что я должна делать на Рождество? Сидеть и ждать, когда же ты придешь?