Анна Диллон - Измена

Когда Стефани наклонялась, в вырезе ее халата была видна идеальной формы грудь. Быстро взглянув на Роберта и поймав его взгляд, Стефани засмеялась и сказала:

— Ты сегодня меня уже видел.

— Да. Но если я перестал тобой любоваться, значит, я уже умер…

Вот оно что, понял наконец Роберт. Вот какое отличие между ними — Кейти никогда не станет варить ему кофе. Только ему. И улыбаться ему, и шутить с ним она не станет. А Стефани делала все это, и даже больше.

Но где-то в глубине души Роберт понимал, что и он сам, со своей стороны, не обращал на Кейти внимания… Вот, например, работает он много — рядом со Стефани, шутит — со Стефани, делает счастливой — Стефани, приносит подарки, дарит цветы — только Стефани. Все исключительно для нее. Роберт и не помнил, когда в последний раз, просто так, а не на праздник, приносил жене подарок или букетик цветов…

— Скажи мне, что случилось? — спросила Стефани. — Мне показалось, ты был в порядке, когда уходил на встречу с Джимми пару часов назад. У него все нормально?

— У него все в порядке. В его жизни полный бардак, как обычно.

— Я думаю, он болен, — заметила Стефани.

— Джимми не становится моложе, только и всего. Сейчас в его жизни еще большая неразбериха, чем когда-либо. Жена наконец-то дает ему развод, о котором он уже давно ее просил.

— Прекрасная новость…

— И требует у Джимми половину всего, что он имеет.

Стефани быстро взглянула на Роберта.

— Это умно с ее стороны. Это ее право.

— Да, я знаю. Он собирается жениться на Фрэнсис и растить малыша вместе с ней.

— Так ему, наверно, и следует поступить.

Роберт пожал плечами. Реакция Стефани неприятно удивила его: по всей видимости, она вовсе не сочувствовала Джимми.

— Но тебе это не очень приятно, правда? — спросила Стефани, снова взглянув на него.

— Я просто не могу забыть, что Фрэнсис когда-то растрепала всему свету о своем романе с Джимми. Она-то думала, что это поможет стать популярной и ее сразу же начнут приглашать сниматься в кино.

По кухне стал распространяться аромат кофе.

— Эти откровения и стали началом конца между ним и Анджелой.

— Но он по-прежнему вместе с Фрэнсис, — заметила Стефани, разливая кофе по чашечкам и ставя их на столик. — Он ведь вернулся к ней, сделал ей ребенка.

— Налей мне в кружку, ладно? Я не могу пить из такой маленькой чашки. Словно в руке ничего нет.

Стефани повернулась к буфету и достала оттуда бокал, на котором была нарисована смешная рожица.

— Налью вот в эту.

— Ладно.

— Фрэнсис несколькими строчками разрушила его репутацию.

Стефани рассмеялась.

— Она ни при чем. У него и так не было репутации. Ты же знаешь, Джимми пользовался скандальной известностью во всем Дублине. Одной из причин, по которой с ним отказывались работать женщины, было то, что он обязательно начинал с ними флиртовать.

Стефани, сказав это, задумчиво присела рядом.

— Все о нем знали.

Роберт взял кружку в руки. Он ощутил аромат кофе, на секунду прикрыл глаза и, словно прыгая в ледяную воду, на одном дыхании выпалил:

— Людям известно о нас с тобой, Стефани. Джимми рассказал мне.

Она молчала, держа чашечку в руках. Затем кивнула и вышла в гостиную. Там Стефани села на софу, удобно поджав под себя ноги.

Роберт прошел за ней.

— Ты разве не расслышала, что я сказал? Людям известно о нас. — Он сел рядом, глядя на Стефани.

В комнате было тихо, если не считать негромкой музыки, доносившейся из колонок. Что-то поразило его в реакции Стефани. Она вела себя так, словно это не было для нее новостью. Роберт вспомнил собственную реакцию на слова Джимми, и она, по его мнению, должна была отреагировать так же, но…

— Я это знаю.

Сказать, что Роберт был удивлен, значит не сказать ничего.

— Ты знала — и ничего мне не сообщила?

— Да, я знала.

— А почему же ты… Я имею в виду… Ну, в офисе…

— Роберт, людям известно о нас уже пару месяцев. Я просто не обращала на это внимания. Бизнес заставляет общаться людей значительно чаще, чем в обычной жизни. И когда двое людей — мужчина и женщина в основном — общаются чаще, чем раньше, народ начинает о них болтать. А примерно месяц назад глава нашей компании, Чарльз Флинтофф, позвонил мне и спросил, правда ли все то, что о нас говорят.

— Ты, разумеется, все отрицала?

— Нет. Я сказала, что все это правда.

Роберт тупо уставился на Стефани.

— То, что у нас с тобой определенные отношения — это один аспект, и проклятий он по этому поводу не изрыгал. А вот то, что я одновременно с этим направила его бизнес, так сказать, в твое русло, — совсем другой аспект. Но так как я была с ним совершенно искренна, можно считать, что все в порядке. Понимаешь, я не смогла ему соврать. Тон, каким он задал этот вопрос, предполагал, что он уже знал на него ответ. Поэтому я сказала ему правду.