Даниэла Стил - До конца времен

Спросила Дженни и о том, как идут дела в Нью-Йорке, но помощница ее успокоила, сказав, что никто из клиентов не жалуется, даже несмотря на то, что в последнее время Дженни звонила им не чаще одного раза в неделю – только для того, чтобы, так сказать, не прерывать контакт. При таком расписании ни о каких полноценных консультациях не могло быть и речи, однако ничего большего от Дженни пока не требовалось, разве что у кого-то из модельеров возникли бы какие-то трудности. Пока же Азайя и Нельсон справлялись со всеми вопросами сами, полностью удовлетворяя требования и запросы клиентов. Ничто не указывало на то, что положение может измениться, и Дженни это вполне устраивало. Нью-Йорк уже казался ей чем-то далеким, хотя она пока не решалась себе в этом признаться. Отныне ее дом был в Вайоминге, и нигде больше.

Накануне Рождества Билл провел в церкви особую праздничную службу с пением псалмов и рождественских гимнов. В Святую ночь состоялось еще одно торжественное богослужение, на которое собралось столько народа, что в церкви яблоку было негде упасть. Когда же наступил праздник, Билл и Дженни лично посетили и поздравили немало членов общины, в первую очередь – стариков и больных, а вечером пожелали счастливого Рождества друг другу и обменялись подарками. Они заранее договорились, что купят подарки в местном торговом центре, но не будут говорить – что это, чтобы получился сюрприз. И Дженни действительно сильно обрадовалась, когда получила новую теплую куртку, ковбойскую шляпу, очень красивые ковбойские сапоги из кожи ящерицы и такой же ремень. Кроме того, Билл подарил ей сувенирные игральные кости из игрушечного меха, чтобы она повесила их на зеркальце заднего вида в своем желтом «Шевроле». Дженни тоже купила ему ковбойские сапоги, очень похожие на те, что он преподнес ей, два теплых свитера, чтобы он не мерз, когда будет навещать прихожан зимой, фотоаппарат, о котором он давно мечтал, краги для верховой езды и такой же, как у Клея Робертса, черный стетсон, который ему всегда нравился и который Биллу очень шел. Гасу они купили новый ошейник. За последние два месяца щенок сильно вырос, и Билл даже начал брать его с собой в поездки, если отправлялся не слишком далеко. Тимми несколько раз заходил к ним навестить своего бывшего питомца и говорил, что Гас стал настоящей большой собакой. Мальчик был очень рад, что щенок так привязался к Биллу. Сам он по-прежнему очень скучал по отцу; ему остро не хватало мужского общения, поэтому, бывая у них в гостях, он ни на шаг не отходил от Билла.

В целом Билл и Дженни чувствовали себя на новом месте совершенно счастливыми. Так они и сказали Тому и Элен, когда поздравляли их по телефону с праздником. Прежняя, нью-йоркская жизнь уже казалась обоим очень далекой, и они с трудом верили, что еще совсем недавно Дженни ужасно нервничала перед каждым показом и что родные Билла демонстративно не одобряли и их брак, и его решение сделаться священником. Прежние волнения ушли в тень, их волновало теперь лишь то, что происходило с ними здесь и сейчас, в данную минуту. Вот почему, когда в конце января Дженни все же поехала в Нью-Йорк, чтобы консультировать клиентов перед началом сезонных показов, ее не покидало ощущение того, что она очутилась на чужой планете. Едва ли не единственным, что обрадовало Дженни, был прогресс, которого сумели достичь ее клиенты, даже несмотря на то, что в последние два месяца она разговаривала с ними только по телефону. Никто из них не испытывал никаких серьезных затруднений с коллекциями, и все же они были очень довольны, что Дженни приехала помочь им с организацией шоу. Впрочем, и с этим особых сложностей не предвиделось, поскольку за последние два месяца она надавала клиентам немало советов и рекомендаций, а в некоторых случаях даже сама подбирала манекенщиц для дефиле, воспользовавшись присланными Азайей профессиональными каталогами и портфолио модельных агентств. К ее помощнице, кстати, у клиентов никаких претензий тоже не было. За последнее время Азайя стала настоящей профессионалкой, к тому же перед отъездом в Вайоминг Дженни ее неплохо натаскала.

Как бы там ни было, из Нью-Йорка она уезжала с легким сердцем. А в Мьюзе по ней уже соскучились. Особенно радовалась Гретхен, которая успела стосковаться по Дженни, да и участники АА-групп с нетерпением ожидали ее возвращения. Для Гретхен она привезла из Нью-Йорка кое-какую модную одежду и золотой браслет – почти такой же, как был у нее. Одежда пришлась Гретхен точь-в-точь по фигуре, и она радовалась обновкам, как ребенок, когда же Дженни вручила ей браслет – подруга едва не прослезилась.