Даниэла Стил - До конца времен

Действительно, Дженни даже заплакала, когда узнала, что именно с ней произошло. Она очень хотела видеть Билла, однако в послеоперационную палату, где Дженни находилась под наблюдением врачей, ему входить было нельзя. Хирурги все еще боялись повторного кровотечения, которого она наверняка не перенесла бы, поэтому предпочитали не спешить с переводом Дженни в обычную палату. Так врачи и объяснили Биллу, и он только кивнул. Известие о том, что в будущем Дженни сможет иметь ребенка, лишь слегка его ободрило. Сейчас он слишком волновался за ее жизнь, чтобы заглядывать так далеко вперед. Впрочем, по своему нерожденному сыну (один из врачей сказал ему, что это был мальчик) Билл горевал глубоко и искренне. Для него это был не зародыш, не плод, а реальный человек, которого они с Дженни будут еще долго оплакивать.

Дожидаясь, пока Дженни переведут в общую палату, Билл совершенно извел сестер и сиделок вопросами о ее самочувствии. Время от времени он принимался упрашивать то одну, то другую пропустить его к ней, а когда те отказывались, ссылаясь на больничные правила, предъявлял свое удостоверение больничного капеллана. Это, однако, ему ничем не помогло, и не потому, что Билл был капелланом в другой больнице. Одна пожилая сиделка так и сказала, что инфекция, мол, не разбирает, кто капеллан, а кто водопроводчик, и что в послеоперационную он сможет попасть только в одном случае: когда его позовут прочесть отходные молитвы над умирающим, чего, к счастью, от него пока не требуется.

Только после полудня Дженни наконец перевезли в отдельную палату в родильном отделении, занимавшем целый этаж, а Биллу позволили увидеться с ней. К этому времени он успел позвонить в Филадельфию и рассказать Элен, что случилось. Связался Билл и с Азайей, которую нужно было предупредить, что в ближайшие дни Дженни не сможет приходить в офис. Кроме того, он известил капелланскую службу о том, что его жена попала в больницу и на протяжении некоторого времени он не сможет посещать своих прихожан в больницах и тюрьмах.

Узнав о произошедшем с дочерью несчастье, Элен очень испугалась. Когда она была моложе, две ее подруги умерли от сильного кровотечения, вызванного именно внематочной беременностью. Правда, это было еще в Питстоуне, где медицинское обслуживание оставляло желать лучшего: несчастные женщины истекли кровью еще до того, как врачи сумели добраться до поселка и понять, в чем дело. Вот почему Элен была крайне признательна зятю за то, что он оказался рядом и сумел вовремя вызвать «Скорую». Да и сам Билл тоже вздрагивал при мысли о том, чем все могло закончиться, если бы он не услышал стоны жены и не проснулся. Будь его сон хоть чуточку крепче – и Дженни могла бы умереть буквально рядом с ним, а этого Билл никогда бы себе не простил.

Едва увидев жену на больничной койке, Билл сразу бросился к ней, чтобы поцеловать, и Дженни разрыдалась от облегчения и пережитого страха. Она хорошо понимала, что побывала на краю могилы, к тому же ей было жаль погибшего ребенка, которого ей не удалось ни обнять, ни даже увидеть.

– Не плачь, дорогая, я все понимаю… – уговаривал Билл, сидя на стульчике рядом с койкой и сжимая ее руку в своей. – Все будет хорошо, ты поправишься, и у нас будут другие дети… Главное, ты жива. Я очень боюсь тебя потерять, понимаешь? Поправляйся скорее, милая, и мы снова будем вместе. Вот увидишь, как мы тогда заживем: ты, я и наши будущие дети!

– Но мне нужен этот ребенок! Почему, почему мы не смогли его сберечь? Это я виновата, – всхлипнула Дженни. – Мне сказали, что это был мальчик.

– Я знаю и обещаю… нет, я клянусь тебе, что у нас будут еще дети: братья и сестры этого мальчика, и он будет смотреть на нас с небес и радоваться. Ну, ты мне веришь?

Дженни кивнула и сильнее сжала его пальцы, а Билл обнял ее за плечи и погладил по волосам. Она все еще плакала, но совсем тихо; крупные слезы текли по ее лицу, и Билл тоже заплакал. Сегодня он лишился сына и едва не потерял жену, и ему было очень тяжело на душе, хотя он и старался не поддаваться отчаянию.

– Знаешь, – проговорила наконец Дженни, – я все вспоминаю то кладбище в Мэне, где мы с тобой были, вспоминаю ту несчастную семью… Я не хочу, чтобы мы умирали… Разве Бог не может сделать так, чтобы мы жили вечно? Или, по крайней мере, чтобы мы умерли в один день, потому что я тоже очень не хочу с тобой расставаться. Никогда!

Билл невольно улыбнулся ее горячим словам.

– Нет, миссис Суит, от меня вам так просто не избавиться, – сказал он. – Потому что у меня насчет вас самые серьезные планы. Я намерен прожить с вами до глубокой старости и завести целую кучу детей, а потом и внуков. Обещаю вам, что не передумаю, а значит, вам придется терпеть меня еще довольно долгое время.