Даниэла Стил - До конца времен

Вопрос был сложный, и Том не стал на него отвечать, однако, уже вернувшись в свой кабинет, он продолжал размышлять над тем, что услышал от Билла и что сказал ему Пит. Последний, впрочем, не слишком его удивил: из трех братьев он больше всех походил на отца – такой же властный, деспотичный, верный традициям. Суит-старший никогда не скрывал, чего он ожидает от своих сыновей, а когда пришло время, и Том, и Питер, не колеблясь ни секунды, поступили в юридическую школу, после которой пришли на фирму. И только сейчас Том впервые задумался о том, является ли следование традиции единственным разумным способом прожить свою жизнь. Его младший брат первым восстал против семейных канонов и, насколько Том мог судить, был вполне счастлив и умиротворен. Во всяком случае, выглядел он намного счастливее, чем сам Том или Питер, и это было удивительно и… прекрасно. Глядя на Билла, Том невольно спрашивал себя, насколько разумно он сам распорядился собственной жизнью. Увы, ответов на свои вопросы Том не знал. Сейчас он мог сказать только одно: его жизнь перестала быть чем-то простым, цельным, раз и навсегда данным. Она оказалась сложенной из десятков фрагментов, обстоятельств, частей, и Том обнаружил, что в общей картине чего-то недостает. Только Билл, похоже, получил что хотел – все, чего только мог хотеть. Призвание, о котором он говорил с такой уверенностью, жену, которую он любил и с которой был счастлив… Дженни, кстати, с самого начала показалась Тому вполне приличной и приятной молодой женщиной, и они с Биллом действительно очень подходили друг другу.

Вернувшись из ресторана, Билл сел просматривать утреннюю почту и обнаружил еще несколько ответов из церквей, куда он посылал свои письма. Три из них содержали вежливый отказ, еще в одном ему сообщали, что включили его кандидатуру в очередь заявок. Последнее, пятое письмо Билл перечитал несколько раз. Оно пришло не по обычной почте, а было доставлено из службы поиска вакансий, куда он обращался. Ему предлагали место, однако Биллу и в голову не могло прийти рассматривать подобное предложение всерьез. Слишком далеко от Нью-Йорка… Билл в последний раз перечитал письмо и со вздохом убрал обратно в конверт. Бросив его в верхний ящик стола, он придвинул к себе черновики дипломной работы, но мысли его то и дело возвращались к встрече с Томом.

Он был рад видеть брата, рад даже больше, чем обычно. С самого начала Билл не сомневался – Том станет убеждать его вернуться в отцовскую фирму, однако на этот раз его аргументы звучали скорее как пустая формальность. Выслушав отказ, Том больше к этой теме не возвращался, так что Биллу даже не пришлось с ним спорить, доказывать свою правоту и отстаивать право жить своей жизнью. Сейчас ему почему-то стало жаль брата, хотя для этого, казалось, не было никаких оснований. И Том, и Питер были послушными сыновьями, они подчинились отцовскому желанию и получили за это уважение, деньги, определенный вес в обществе. И все же ему показалось, что Том выглядит каким-то потерянным, почти несчастным. Быть может, подумал сейчас Билл, это оттого, что, подчинившись отцу, брат продал свою душу? Сам он был только рад, что решился уйти из фирмы. Если бы не это, сейчас он влачил бы такое же жалкое и бессмысленное существование, как и оба его брата.

Когда вечером Дженни вернулась домой после долгого трудового дня, Билл рассказал ей о своем разговоре с Томом.

– Значит, он снова уговаривал тебя вернуться? – переспросила она, с наслаждением вытягиваясь на кушетке с бокалом вина в руке. Дженни нравилось, возвращаясь к Биллу, рассказывать, как прошел ее день, и расспрашивать, чем он занимался в ее отсутствие. Он со своей стороны был очень рад снова увидеть Дженни после нескольких часов упорной учебы или работы над дипломом, которая, к счастью, шла довольно быстро.

– Конечно, уговаривал, – улыбнулся Билл. – Знаешь, даже странно, что мои родственники до сих пор не могут успокоиться, хотя прошло уже пять лет. Наверное, я должен гордиться тем, что они никак не могут без меня обойтись.

На самом деле гордиться тут было нечем, и Билл это отлично понимал. Родные просто пытались его сломить, сделать таким же, как они.

– Они переживают, что ты сорвался с крючка, – проницательно заметила Дженни. – Дело не в тебе, а в твоем поступке. Он угрожает их привычному образу жизни, и они это чувствуют. Вот почему, я думаю, твои родные еще долго не откажутся от своих попыток все изменить. Твой уход из фирмы и женитьба на «чумазой шахтерке» их просто пугают. Они тревожатся, что мы – другие, не такие, как они. И этот страх еще усилится, когда они увидят, что мы счастливы.