Даниэла Стил - Конец лета

Дина поставила поднос с завтраком для Бена и принесла его газету.

— Знаешь ли ты кое-что? Ты мне нравишься. И это правда.

— Для тебя это новость. Ты боялась, что испытание демократией сломит тебя?

— Возможно. — Она присела, слегка пожав плечами, со счастливой улыбкой на лице. — Уже давно я не заботилась ни о себе, ни о ком-либо еще на практике. Я отвечала за каждого, но я не помню, когда готовила завтрак в последний раз. Или делала хотя бы одну из тех вещей, которые мы сделали с тобой вместе.

— Я не люблю зависеть ни от кого, включая горничных. В целом я люблю вести простой образ жизни.

Она улыбнулась про себя, вспомнив, как за день до этого в Лос-Анджелесе он купил три роскошные картины за немалую сумму, но она знала тем не менее, что он говорил правду. Расточительность не была в его характере. Он был свидетелем ее в свои детские годы как в доме своего отца, так и его родителей. Он вполне довольствовался небольшим домом в Сан-Франциско и незамысловатым коттеджем в Кармел.

Он перегнулся через кровать, чтобы поцеловать кончик ее носа, затем снова откинулся на подушки, держа поднос с завтраком, который она приготовила для него.

— Я люблю тебя, Дина. — Он покорно улыбался. — Теперь скажи, когда же ты заключишь контракт с галереей?

— Ты снова возвращаешься к этому? Это тебя интересует более всего. Ты просто хочешь, чтобы я связала себя обязательством с твоей галереей. Я знала это! Я знала это! — Она рассмеялась, увидя, как он уклоняется от подушки, запущенной ею в его сторону. — Чего только некоторые не сделают ради того, чтобы заставить художников работать на них!

— Итак? Ты согласна?

— Конечно, нет! Придумай что-нибудь получше, чем это!

— Получше? — Он посмотрел на нее страшным взглядом и отставил в сторону поднос. — Что ты имеешь в виду, говоря «получше», почему я… — Он закрыл ей рот поцелуем и притянул ее тело к себе. — Лучше?.. — Теперь они смеялись оба.

Только через полчаса они наконец освободились друг от друга и перевели дыхание.

— Итак, это было лучше? — спросил Бен.

— Намного.

— Прекрасно. — Он взглянул на нее, полный счастья, лежа на кровати. — А теперь ты готова для контракта?

— Видишь ли… — Она положила голову ему на грудь и, позевывая, посмотрела на него. — Возможно, если ты снова постараешься доказать мне…

— Дина! — Он перекатился к ней и накрыл ее тело своим, угрожающе сжав ее рот обеими руками. — Я хочу, чтобы ты подписала со мной контракт. — Его голос гремел.

Она нежно улыбнулась.

— О'кей.

— Что? — Он внезапно сел, лицо его выражало крайнее удивление.

— Я сказала хорошо. О'кей.

— Ты действительно согласна?

— Да. Я тебе еще нужна? Для галереи, я это имею в виду. — Она широко улыбнулась, вопрошающе посмотрев на него. Вдруг это была всего лишь игра с его стороны.

Но он смотрел на нее, как если бы она была ненормальная.

— Конечно. Ты мне нужна по-прежнему, ты сумасшедшая! Ты самая лучшая из новых художников, которых мне удалось заарканить за последние пятнадцать лет!

Она перевернулась всем телом к нему, изобразив на лице коварную улыбку.

— И кого же это тебе удалось «заарканить» за последние пятнадцать лет?

— Ты знаешь, что я имею в виду. Я говорю о Густаве. — При мысли об этом оба расхохотались. — Ты серьезно, Дина? Согласна выставить свои работы? — Она кивнула. — Тебе это не обязательно, ты знаешь. Я люблю тебя, даже если ты не позволишь мне показать твои работы.

— Я знаю, но я наблюдала за твоей работой в течение недель, и я больше так не могу. Я хочу в этом тоже принять участие. Я хочу, чтобы и у меня была выставка.

Он рассмеялся.

— Только твоя, да? И никого другого. Хорошо. Согласен. Когда?

— Когда это будет тебе удобно.

— Я сверю свои планы с Салли. Возможно, через несколько недель.

Он занялся завтраком, и веселое настроение не покидало его. Он выглядел так, как если бы она только что родила ему сына.

— Приготовить ли тебе еще что-нибудь? — Она наблюдала, с какой жадностью он расправлялся с остывшими гренками, приготовленными по-французски.

— Все, что от тебя требуется, — принести мне свои картины, с тем чтобы я их выставил. С сегодняшнего дня я готовлю завтрак. Каждый день. Нет, пять раз в неделю. А ты в выходные дни. Идет?

— Превосходно. Я знала, что, уступив, получу преимущества. — Она натянула покрывало до самого подбородка. — Бен, как ты считаешь, я поступаю правильно?

Он догадался, о чем пойдет речь. Сомнение было написано у нее на лице. Но он не собирался потакать ее неуверенности.