Даниэла Стил - Конец лета

— Я всегда прихожу сюда по вечерам. А сегодня я только вернулся из поездки. Меня не было здесь три недели. Тогда и начинаешь понимать, как любишь это место, как тянет гулять по пляжу и смотреть на все это. — Он посмотрел вперед в сторону моря.

— Вы живете здесь весь год?

Дина вела с ним беседу, как если бы он был давним приятелем. В нем было что-то такое, отчего становилось сразу легко в общении.

— Нет, я приезжаю сюда на выходные, когда удается, а вы?

— Я давно здесь не была. Я приехала с подругой.

— Вы остановились в городе?

Она утвердительно кивнула, затем посмотрела на часы.

— Я вспомнила, что мне пора возвращаться. Гуляя по пляжу, забываешь обо всем на свете.

Было уже половина десятого, и, пока они беседовали, последний лучик солнечного света исчез. Она встала и взглянула на него с улыбкой.

— Вам повезло, что вы можете наслаждаться этим, когда пожелаете.

В ответ он кивнул, не очень вслушиваясь в то, что она сказала. Он пристально всматривался в ее лицо, и впервые за все время общения Дина почувствовала, как кровь приливает к ее щекам. Ей стало неловко, когда он заговорил.

— Знаете ли вы, как были похожи на женщину на одной из картин Эндрю Уайета, когда сидели на ветру? Я подумал об этом, когда впервые увидел вас, сидящей в дюнах. Вы знакомы с его работами? — Он не сводил с нее пристального взгляда, как если бы пытался надолго запечатлеть ее лицо и копну густых волос.

— Я знаю его работы очень хорошо. — Она увлекалась им еще в детстве, до того, как открыла, что импрессионисты больше импонируют ей по своей манере. — В прошлом я хорошо знала каждую из его картин.

— Каждую картину? — Глаза цвета морской волны, несмотря на дразнящие огоньки, смотрели доброжелательно.

— Я полагаю, что да.

— А помните ли вы одну из картин, где изображена женщина на пляже?

Она подумала и отрицательно покачала головой.

— А не хотите ли взглянуть? — Он стоял рядом с ней, похожий на восхищенного мальчика с ярко блестящими глазами. И только по-настоящему мощные плечи и седые вкрапления в волосах изобличали его настоящий возраст. — Не хотите ли?

— Я… мне нужно возвращаться. Но благодарю вас…

Она начала что-то смущенно лепетать. Он не казался ей мужчиной, которого следовало бояться, но тем не менее он был совершенно незнакомым человеком, внезапно появившимся на пляже. Ей вдруг пришло в голову, что она была не совсем в своем уме, если решилась беседовать с ним одна в темноте.

— Нет, правда, я не могу. Возможно, в другой раз.

— Я понимаю. — Огонь немножко погас у него в глазах, но улыбка не сходила с лица. — Это — прекрасная картина все же, и женщина на ней очень похожа на вас.

— Благодарю вас. Очень мило с вашей стороны считать так.

Она не знала, как уйти. Похоже, что у него не было желания тотчас же вернуться домой.

— Можно мне проводить вас с пляжа? Сейчас уже темно, чтобы вы могли спокойно гулять одна. — Он улыбнулся, зажмуриваясь от ветра. — К вам может пристать какой-нибудь незнакомец.

В ответ она засмеялась и кивнула в знак согласия. Они спустились с неглубокой дюны по направлению к морю.

— Расскажите мне, как вы увлеклись Уайетом?

— Я думала, что он был самым большим из всех американских художников, которых я когда-либо видела. Но затем, — она посмотрела, как бы извиняясь, ему в глаза, — я полюбила всех французских импрессионистов. И я боюсь, что я забыла об Уайете. Не то чтобы совсем забыла, но в некотором роде разлюбила.

Они пошли вдоль берега вдвоем бок о бок, единственные люди на пляже, и только прибой своим шумом напоминал им о себе. Она вдруг рассмеялась. Это было так нелепо вести беседу об искусстве с незнакомым человеком, шагая по пескам кармельского пляжа. Что она скажет Ким? Скажет ли она ей об этом вообще? В какой-то момент она решила не рассказывать о своем новом друге никому. Ведь это была всего лишь мимолетная встреча в сумерках на пустынном берегу. О чем здесь было рассказывать?

— И вы всегда так быстро способны разлюбить? — Это был не очень умный вопрос, но когда незнакомцы не знают, о чем еще спросить, — вполне объяснимый. Она улыбнулась все же.

— В общем нет. Только когда речь заходит о сравнении с французскими импрессионистами.

Он кивнул с глубокомысленным видом.

— Это звучит разумно. Вы сами рисуете?

— Немножко.

— В манере импрессионистов? — Похоже, он уже знал ответ, и она лишь утвердительно кивнула. — Мне бы хотелось взглянуть на ваши работы. Вы их выставляете?