Кейси Марс - Сон

— В чем дело, Джек? — промурлыкала Вив. — Разве ты не сказал новой подружке, что она не единственная маленькая девочка в твоей песочнице?

Джек оторвался от стены и почувствовал спазмы в желудке. Он не видел перед собой ничего, кроме лица Дженни.

— Джек… — Вивиан схватила Бреннена за руку, но он вырвался. — Подожди минутку… Черт побери, куда же ты?

— Эй, Джек! — окликнул Пит, однако тот уже шагал к дверям.

— Отвези Вив домой, — сказал он, пригнулся и вышел на палубу.

— Козел! — Бокал Вивиан разлетелся вдребезги, ударившись о металлический косяк, но это только еще больше подстегнуло Джека. Когда следом за бокалом полетела пепельница, он захлопнул за собой дверь.

В два прыжка одолев палубу, Бреннен спрыгнул на причал и устремился к калитке. Он не видел Дженни, пока не добрался до автостоянки, и лишь затем разглядел вдали хрупкую фигурку, бежавшую по песчаному берегу.

О Боже, он чувствовал себя последним ублюдком! При мысли о том, что творится сейчас в душе Дженни, у него сводило внутренности. Он прибавил шагу, понимая, что каждая потерянная минута только ухудшает дело. Каждая пролитая Дженни слеза сводит на нет возможность искупления вины.

Тяжесть в желудке все росла; теперь спазмы сжимали грудь. На душе было скверно. Когда она успела приобрести над ним такую власть? Но еще хуже становилось при мысли о том, что она больше не захочет его видеть.

Джек стиснул зубы, представив себе, что всю жизнь проведет с такими женщинами, как Вив. Он брел по песку, ощущая приступ тошноты. Когда Дженни вошла в дом и закрыла за собой дверь, на его лбу выступили капли пота. Через секунду Джек бросился бежать.

Дженни стояла в темной гостиной, прислонившись спиной к двери, и слезы ручьями катились по ее щекам.

Она вспомнила большую руку Джека, лежавшую на груди Вивиан Сэндберг, и согнулась пополам. Из губ вырвался мучительный стон. О Боже, как больно! Она знала, что так будет, и не должна была об этом забывать.

Кто же мог ожидать, что боль окажется такой нестерпимой?

Дженни выпрямилась, повернулась лицом к двери и уронила голову на руки, пытаясь побороть рыдания. Внезапный громкий стук, от которого затряслись тонкие деревянные стены, заставил ее вздрогнуть.

— Дженни! Это Джек. Открой мне!

Она не ответила. Невозможно было поверить, что он пришел. Почему он это сделал, почему бросил свою прекрасную блондинку?

— Черт побери, Дженни, я знаю, что ты здесь! Ты должна впустить меня!

— У-уходи, Джек.

— Милая, пожалуйста, дай мне объяснить…

Она проглотила комок, который стоял в горле.

— Не стоит, Джек. Ты ничего мне не обещал. Так мне и надо.

На мгновение он умолк.

— Пожалуйста, малышка… открой мне.

— У-уходи…

Джек снова заколотил в дверь, но Дженни не обращала на это внимания. Он ничего не мог сказать ей, ничего не мог сделать. Джек Бреннен есть Джек Бреннен. В точности как он говорил.

Когда Дженни стала подниматься по лестнице, Джек все еще стучал. Она открыла дверь спальни, ничего не чувствуя, направилась к кровати и уставилась на то место, где они с Джеком занимались любовью. Надо же, еще сегодня вечером она снова ждала его к себе… Но, как и следовало ожидать, Джек предпочел чувственную, разбитную блондинку.

Стук прекратился, а Дженни и не заметила этого, подавленная обрушившимся на нее несчастьем. Дрожащими руками она стянула через голову свитер, сбросила туфли, расстегнула и сняла джинсы. Затем Дженни открыла бельевой шкаф, вынула и медленно надела на себя купленную сегодня бледно-голубую шелковую ночную рубашку. Она так надеялась, что рубашка понравится Джеку!..

Она посмотрела на себя в зеркало. Нейлон охватывал грудь, подчеркивая ее округлую, безукоризненную форму и приподнятые вверх соски, прилегал к талии и льнул к бедрам. Когда Дженни приложила рубашку к себе в магазине женского белья, то почувствовала себя женственной и чувственной.

Ей хотелось показаться в таком виде Джеку. Но Джек больше никогда не увидит ее в ночной сорочке.

Она прислушалась, не стучат ли, но вокруг было тихо. Джек вернулся к своей блондинке.

Глаза защипало вновь. Дженни сидела на краю кровати; у нее отчаянно болело сердце, по щекам катились слезы. Внезапно ее внимание привлек странный звук, раздавшийся на балконе за раздвижными стеклянными дверьми. У нее гулко забилось сердце. Кто-то взбирался по высокой деревянной решетке.

Едва сознавая, что она делает, Дженни шагнула к дверям. Послышалось прикосновение плетистых роз к штукатурке и сдавленное проклятие: видимо, шип вонзился в тело.