Кейси Марс - Сон

— Я… я купила их вчера вечером по дороге с работы. Я подумала, что если поеду на «харлее»…

— Ага, правильно! Если собираешься куда-нибудь ехать со знакомым мотоциклистом, без пары черных кожаных ковбойских ботинок не обойтись. — Он наклонился и приподнял штанины ее джинсов. — Тем более что они с орлами…

Дженни тихонько засмеялась. Она сама не знала, что заставило ее купить эти ботинки. Разве что усталость от депрессии, усталость от собственной усталости и вновь появившегося ощущения тусклости и монотонности существования.

— Тогда мне казалось, что это хорошая мысль.

Джек обхватил ее лицо ладонями, наклонился и снова поцеловал.

— Мысль просто замечательная! — Он повернул Дженни к двери. — Куртку взяли?

— Сейчас! — Она схватила голубую нейлоновую ветровку и собрала волосы в конский хвост. Все было готово.

— Тогда вперед.

Они заперли дверь и вышли на улицу.

У тротуара стоял мощный, стремительный, отделанный хромом, вызывающе расписанный мотоцикл, и у Дженни захватило дух. А ведь именно этого и следовало ожидать.

При виде оранжево-красных языков пламени, изображенных на баке для горючего, ей захотелось улыбнуться и одновременно убежать. О небо, что ей делать с таким человеком, как Джек Бреннен? Ради Бога, она же библиотекарь, уважаемый член общества, образованная женщина, вдова крупного бизнесмена! Ей нельзя ездить с парнем в черной кожаной куртке на заднем сиденье раскрашенного огненными языками мотоцикла!

Если бы Джек промедлил, Дженни повернулась и ушла бы в дом. Однако он перекинул через мотоцикл длинную ногу, протянул ей гладкий белый шлем и расстегнул ремень своего собственного — черного, с изображенной впереди ядовито-пурпурной пантерой.

— Единственное, что от вас требуется, это быть со мной одним целым, а не сопротивляться. При поворотах наклоняйтесь в ту же сторону, что и я, но не в обратную. Это вы сумеете?

— Попытаюсь… — Она смерила мотоцикл взглядом и закусила нижнюю губу. — А что случится, если я забуду?

И снова на лице Джека мелькнула обезоруживающая улыбка:

— Не думайте, мы не разобьемся. Просто немножко тряхнет.

У Дженни слегка отлегло от сердца. Она храбро надела шлем и затянула ремешок у подбородка. Джек тщательно проверил ее экипировку, затем нахлобучил свой шлем и велел ей садиться.

Тяжело вздохнув и отбросив прочь сомнения, Дженни устроилась на мягком черном кожаном сиденье, поставила сверкающие новые ботинки на подножки и обхватила Джека за талию. Женщина была готова к головокружительной гонке, но не к удару тока, пронзившему ее в тот момент, когда грудь прикоснулась к мускулистой мужской спине. Во рту сразу пересохло, сердце заколотилось в груди.

— Уселись? — спросил он.

— Д-да…

Но в голове крутилась только одна мысль: как широки его плечи по сравнению с талией, как узки и мощны ягодицы под поношенными голубыми «ливайсами», какой он сильный и упругий… Ошибки быть не могло: ее охватило желание. Это чувство было таким новым, таким возбуждающим, что на мгновение она не поверила себе.

Секс с Биллом был приятной супружеской обязанностью. То, что она испытывала к Джеку, было исполнено ошеломляющего, захватывающего жара.

Он приподнял ногу и опустил ее на стартер. Мотор зарычал, и в Дженни зашевелился страх.

— Держитесь! — сказал Джек, но в этом предупреждении не было нужды. Она вцепилась в Бреннена так, что не знала, сможет ли он дышать.

Они вылетели из города по Предгорному шоссе и свернули на перевал Сан-Маркое. Джек прислушивался к ровному рычанию мотора и благословлял умелые руки Олли.

Он чувствовал, что сидящая позади Дженни начинает успокаиваться, и тихонько улыбался, пытаясь представить себе, о чем она думает, вцепившись в него мертвой хваткой, которая без слов говорила о страхе.

И все же надо было отдать ей должное. Дженни держалась лучше, чем он думал. Можно было надеяться, что к тому времени, когда они прибудут в Колд-Спрингс, она окончательно придет в себя.

Эта мысль заставила его нахмуриться. Ясно, что ночь далась ей нелегко. Судя по словам Чарли, таких бессонных ночей у нее было много. Ее страдания беспокоили его. Даже больше чем беспокоили.

Взять хоть сегодняшнее утро. Ее плач надрывал ему душу. Он не собирался целовать ее и все же сделал это, едва не потеряв голову. И хотя они оба хотели одного и того же, было бы нечестно пользоваться ее состоянием…

Господи, о чем он только думает? До сих пор Джека ничуть не волновало, что испытывает при этом женщина. Он брал то, что ему предлагали, и оба были довольны. Но каким-то образом он догадался, что Дженни будет жалеть об этом. Черт побери, эта женщина должна принадлежать ему! Он совсем не собирался принимать близко к сердцу ее огорчения, но вместо этого все больше привязывался к ней.