Берт Хэршфельд - Акапулько

Саманта подняла свой стакан и, не отпив из него, поставила обратно.

— Я хочу кое о чем с тобой поговорить, Марселла.

— О чем угодно, моя дорогая…

— Не знаю, с чего начать. Ну, ладно. Марселла, я дала себе зарок никогда не связываться ни с одним паразитом из тех, что пробираются в жизнь таких женщин, как мы.

— Как ты права! — А про себя Марселла подумала: «Интересно, куда она клонит?» Марселла мысленно предупредила себя, что нужно быть настороже, нужно обдумывать каждое произносимое слово, — и ободряюще улыбнулась подруге.

— До каких пор я буду все время платить? — воскликнула Саманта, но в голове ее не было жалости к самой себе. — Неужели я не заслуживаю мужчины, который был бы настоящим мужчиной, который бы обо мне заботился?

Марселла ждала. Ни один нерв не дрогнул на ее лице — это было лицо человека, которого абсолютно не заботят события, происходящие помимо ее воли. Почувствовав, что Саманта затрудняется продолжить свою речь, Марселла с заученной небрежностью дотронулась до своей рыжевато-коричневой шевелюры и показала в легкой улыбке ровные белые зубы.

— Ты заслуживаешь большего, — сказала она. — Мы обе заслуживаем.

Саманта скривила ротик в детской гримасе.

— Бернард сообщил, что мое финансовое положение далеко от идеального.

Марселла ощутила мимолетное удовлетворение. Она вспомнила свое поместье в пригороде Гаваны, убытки, которые она потерпела по милости того проклятого торговца дамскими туфельками, и почувствовала, что до некоторой степени отомщена теми трудностями, которые испытывает сейчас Саманта.

— Бернард в этих вещах хорошо разбирается, — ответила она.

— Он говорит, если депрессия на рынке сохранится еще некоторое время, дела могут стать даже хуже.

— Я не доверяю этому правительству, — призналась Марселла. — Инфляция уже здорово обесценила песо, и кто знает, к чему мы придем в дальнейшем. Да еще вся эта болтовня о помощи пеонам [63] Пеон — наемный рабочий, батрак, поденщик в Южной Америке. . Вздор! Они не хотят, чтобы им помогали. У нищих мексиканцев просто нет честолюбия, куда им мечтать об улучшении своей судьбы. Я это знаю. То же самое было и на Кубе. Саманта, я предвижу день, когда мы будем вынуждены покинуть эту страну.

— О нет!

— Мне же пришлось бежать с Кубы, оставив там все свое имущество.

— Куда я денусь?

Марселла похлопала свою подругу по руке.

— Этого пока не случилось.

Саманта просветлела.

— Это верно, так что нет смысла предвосхищать столь ужасную перспективу, правда? Мы должны жить для настоящего, разве не так, Марселла? — Марселла с серьезным видом кивнула головой. — Давай я тебе лучше расскажу чем занималась в последнее время.

Марселла внимательно слушала: рассказ Саманты являлся или должен был являться тем обстоятельством, которое оправдывало ее столь неожиданный визит. Внезапно Марселле пришла в голову мысль, что этот визит каким-то, пока, правда, неизвестным, образом принесет выгоду и ей самой.

— Марселла — мне пришлось распустить половину домашних слуг!

— Как ужасно!

— И сдать внаем «Морскую Звезду».

— Идея Бернарда?

— Он настаивает на определенных ограничениях. Мой «роллс» и «сандерберд» пойдут на продажу.

— Бернард в этом разбирается.

— И еще… никаких… никаких приемов…

— Нет! Без приемов Саманты Мур жизнь в Акапулько станет такой безотрадной и скучной!

Саманта приняла официальный вид, выпрямилась на стуле и строго переплела пальцы — маленькая грудь подана вперед, и под мягкой тканью синей блузы угадываются очертания сосков.

— Пока еще нет, Марселла. Я много думала, серьезно размышляла, спрашивала себя и решила — я позволю себе устраивать в сезон только один прием. Всего один, не больше.

— Ага.

— Я представила эту мысль на утверждение Бернарду…

— Иначе зачем нужен финансовый чародей и друг в одном лице?

— Совершенно верно. Он одобрил, хотя и очень неохотно. Но тут есть трудности. Вот почему я и пришла к тебе, моя милая. За советом, твоим неоценимым советом.

— Все, что я смогу сделать…

— Ты должна сказать мне свое мнение, только сказать его честно.

— Обязательно!

— Будь критична до жестокости.

— Я не пощажу тебя.

— Хорошо. Я собираюсь начать новый сезон с грандиозного fête [64] Fête — праздник, празднество (фр.). , щедрого, гостеприимного, зрелищного, такого, что соберет сюда моих друзей со всего света. Я хочу, чтобы люди с нетерпением ждали его, считали дни до него и помнили о нем спустя многие месяцы. Ты понимаешь, что я задумала, Марселла?