Сойер Беннетт - Дикарь (ЛП)

Мои глаза расширяются, а жесткий пропитанный яростью голос возбуждает во мне дикое первобытное желание.

— Да, мой дикарь.

Да, я до боли хочу его. После того, как Зак ласкал меня языком и губами, поддразнивал мой клитор, целуя его, покусывая, он закинул мои ноги к себе на плечи и вколачивался в мое тело со всей жесткостью, подводя меня дважды к пику наслаждения. Он дразнил мое тело, меня, он доводил меня до состояния, когда я почти умоляла его, чтобы я могла кончить, но он лишь хищно улыбался и отстранялся, сменяя ласки члена на свои руки и губы. Он осыпал мое тело поцелуями, поглаживал его нежными касаниями, разжигая вновь и вновь во мне огонь желания. Это была пытка, но настолько приятная, затем он снова проникал в мою киску членом. Все внутри нее, казалось, плавилось от удовольствия.

Да… он подчинил мое тело.

Он забрал все мои чувства, все, что принадлежало мне, стало в его власти.

Он стонал, его голос спускался до хрипа, удовольствие исходило от него волнами, я чувствовала, что я желанна, нужна. Стискивая до боли мою кожу, он обрушивал ласки языка, говорил непристойные слова, которые, скорее всего, он почерпнул в Google, что заводило меня только сильнее.

А затем он кончил, издавая нечеловеческий крик и забирая меня вместе с ним за грань реальности, перед тем как лег на меня. Я боялась, что Рэнделл может услышать и прийти в комнату. К счастью, скорее всего, комната Зака находится в другом крыле дома, и ему не были слышны наши крики.

Зак скатывается с меня и ложится на спину. Он хрипло дышит, его кожа покрыта капельками пота. Я, не думая ни минуты, прижимаюсь и протираюсь о его тело, затем кладу голову на его твердую грудь. Он не делает никаких попыток прикоснуться ко мне, я просто лежу и слушаю, как быстро и шумно стучит его сердце, через некоторое время его дыхание восстанавливается.

Я приподнимаю руку и нежно прочерчиваю вниз кончиками пальцев линию по его торсу, между твердыми грудными мышцами и дальше, наблюдая за тем, как его мускулы сокращаются от каждого прикосновения.

— Мойра, могут ли спать вместе мужчина и женщина в одной постели до брака? Я помню, что мои родители спали в одной кровати, — спрашивает Зак, не смотря на меня.

Я улыбаюсь и сажусь, так я могу лучше видеть его выражение лица. Все еще поддразнивая его мышцы прикосновениями, я отвечаю:

— Не обязательно быть замужем, чтобы делать это. А почему ты спрашиваешь?

Зак пытается придать его голосу безразличный оттенок, и пожимает плечами.

— Просто интересно. Мы никогда этого не делали раньше.

— Ты хочешь, чтобы мы вместе спали? Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой сегодня?

Зак поворачивается, хватает мои руки и опускает до того момента, пока я не чувствую пальцами его член. Эрекция спала, и он расслаблен, но все же его член большого размера, кожа Зака все еще немного влажная от капелек пота. Прижимая мою ладонь сильнее, он заставляет обернуть мои пальцы вокруг его длины. Его власть надо мной настолько сильна, что мне даже в голову не может прийти отказать ему или оттолкнуть его руку.

Я поглаживаю его член, и низкий стон вырывается из его горла. Член становится тверже под моей рукой.

— Я полагаю, у нас есть веский аргумент, чтобы ты осталась сегодня ночью, — шепчет он, и уголки губ приподнимаются в улыбке. — Я думаю, что не закончил с тобой на сегодня.

Господи, пожалуйста, я так хочу верить, что он никогда не насытится мной и не уйдет от меня.

Я сижу в задней части лодки, которой управляет Клинт, и мы двигаемся по озеру, смотря на природу, окружающую нас. Мой взгляд падает то на Мойру, которая сидит слева, то на Кару, которая справа. И волей-неволей я сравниваю их, потому что это довольно занимательно, находиться в компании двух красивых девушек, из которых лишь одна мне нравится больше жизни, и лишь к ней меня влечет.

Что такого в Мойре, что делает ее настолько особенной?

Может то, что я знаю ее тело? Или может потому, что она знает меня лучше, чем Кара?

Или может потому, что она позволяет мне контролировать и владеть ее желаниями, удовлетворяя мою потребность во власти.

Я так не думаю… не совсем так, если быть точным, ведь состояние контроля и его желание, а так же подчинение, вообще что-то непостоянное, потому что иногда отпускать контроль бывает так же приятно, как и обладать им. Поэтому, скорее всего, мое влечение к Мойре не зависит от этого. Тогда почему она? Почему именно без нее мне трудно дышать, жить, и вообще, когда ее нет рядом, мне тяжело концентрироваться на чем-то.