Сойер Беннетт - Дикарь (ЛП)

— Это конечно не что-то особенное, это просто Hamburger Helper («Ужин с гамбургером»; гамбургер с гарниром — лапшой, томатами и острым перцем или с острым перцем, печеным картофелем и бобами, бефстроганов, лазаньей и др.) Но у меня толком нет продуктов. Завтра сходим в супермаркет за продуктами.

Она берет тарелку и ставит передо мной. Я глубоко вздыхаю, так как смотрю на гору незнакомой мне еды. Она достаёт из отделения для столовых приборов две вилки и кладет одну около моей тарелки, которую я конечно игнорирую.

Я не стал дожидаться, пока она сядет за стол, чтобы начать есть, я сразу же погружаю мои пальцы в большую гору только что приготовленной еды и пытаюсь удержать ее в пальцах. Она выскальзывает из моих пальцев и падает опять в тарелку.

Когда я смотрю на Мойру, она легко берет свою вилку и набирает ею немного еды, затем аккуратно кладет ее к себе в рот. После того как она пережевывает и глотает пищу, она говорит мне:

— Это намного легче делать с помощью вилки.

Я лишь хмыкнул ей в ответ. Затем медленно взял тарелку в руки и поднес ее близко ко рту. Своими пальцами я начал собирать еду и заталкивать к себе в рот, наслаждаясь ее ошеломленным взглядом и полным неверием в происходящее.

Возвращая тарелку обратно на стол, я пережевываю с набитым ртом то, что так восхитительно вкусно. Я улыбаюсь ей своей самой красивой улыбкой, перед тем как проглотить пищу,

— А что такое Hamburger Helper? — спрашиваю я.

— Это всего лишь макароны, немного соуса и рубленный говяжий фарш. Ты когда-нибудь пробовал такое в детстве?

Качая отрицательно головой, я беру опять тарелку и кладу еще немного еды себе в рот.

— Такого что-то я совсем не помню, — отвечаю я с набитым ртом. Она корчит милую рожицу, и эта мелочь делает меня счастливым.

Мы едим в полной тишине, и со своей порцией я справляюсь очень быстро. Когда я замечаю, что моя тарелка пуста, я понимаю, что все ещё голоден.

— Я бы хотел ещё добавки.

Она в удивлении приподнимает брови, смотря на меня, и я вижу блеск в ее глазах, такого я ещё не видел у нее. Улыбаясь мне, она говорит:

— Там на плите еще много. Пожалуйста, угощайся.

Я быстро смотрю на плиту и потом обратно на Мойру. Самому положить еду? Она что серьёзно?

— Зак, я была не против помочь тебе с первой порцией, потому что сама была голодна и накладывала в свою тарелку, но тебе нужно учиться все делать самому.

В следующую секунду я смотрю на неё очень пристально, интересно, что я могу ей сказать в ответ. Моё воспитание предполагает, чтобы женщина обслуживала меня во всем, но это привычный ход вещей в нашей деревне, так как мужчины обеспечивают едой племя. Здесь, все по-другому... Мойра не только обеспечила нас едой, но и приготовила ее.

Согласившись коротким кивком, я встаю из-за стола, облизав перед этим свои пальцы дочиста, за что она награждает меня ещё одним недовольным выражением лица. Я беру свою тарелку, подхожу к плите и накладываю себе ещё сырно-говяжую массу.

— А ты будешь ещё? — спрашиваю я, предлагая помощь, и сразу же меня шокирует, что я вообще спрашиваю это. Слава Богу, она говорит «нет», так что я кладу себе остатки еды.

Заканчиваем обед ещё в большей тишине, и Мойра смотрит на меня. После того как последний кусочек прожеван и проглочен, я встаю из-за стола и иду мыть руки в раковине. В то время как я наслаждаюсь тем, что веду себя за столом как дикарь, отказываясь использовать столовые приборы и салфетку, я всегда мыл руки водой после того как поем, это кажется для меня таким естественным сейчас.

Я направляюсь на выход после того, как заканчиваю, но голос мойры останавливает меня:

— Нам нужно поговорить, Зак.

Игнорируя ее, я продолжаю идти по направлению к спальне, но ее голос все-таки останавливает меня.

— Пожалуйста... всего пять минут.

Что-то в ее голосе... он звучит устало... он полон разочарования. Пока часть меня наслаждается этим, малая часть не испытывает больше всех этих ощущений, потому что в глубине души, я все-таки понимаю, что это была не ее идея привезти меня сюда. Ее участие в этом во всем сводится лишь к тому, чтобы помогать, и я это все понимаю и принимаю на общем уровне. Я решаю уступить ей в этой просьбе, поэтому я повернулся и посмотрел на нее.

В этот раз она смотрит прямо в глаза, а не между ног, так что я понимаю, что разговор будет серьёзным.

— Нам нужно обсудить с тобой все то время, которое ты проведешь тут. Мы должны установить общие правила поведения.

Я легко киваю и подхожу обратно к стулу, который только что был мною освобожден, и опять сажусь, расставляя широко ноги, смеясь над ней мысленно, как она пытается сосредоточиться на зрительном контакте со мной. Она бы никогда не смогла удержать свой взгляд на моем лице, если бы я сейчас спустил руку и начал ласкать свой член, но я не буду этого делать. Я лучше покончу с этой ситуацией сейчас, просто смотря на неё, ожидая какое разочарование она готовит для меня на этот раз.