Сойер Беннетт - Дикарь (ЛП)

Когда я больше не могу терпеть его взгляд, я начинаю медленно двигаться, смотря, как цвет его глаз становится темнее и наполняется новым желанием.

Я опускаюсь, поднимаюсь, опускаюсь, поднимаюсь, трахая его член, как он приказал мне. Не спеша двигаюсь на нем, показывая другой способ, как можно меня любить. Восхитительно, Зак в свою очередь совершенно не спешит, удерживая свои бедра с невероятной силой и контролем. Я не могу ошибаться, он наслаждается тем, что я сверху. Его челюсть крепко сжата, глаза горят, словно раскаленная сталь, когда он смотрит на меня, его грудь начинает подниматься, дыхание становиться тяжелее.

Я решаюсь изменить немного темп движения, и поэтому приподнимаюсь жестко и быстро опускаюсь на его член, чувствуя, как стремительно его член заполняет меня. Зак хватает меня руками за бедра и до боли впивается пальцами в мою кожу. Я опять медленно приподнимаюсь, скольжу вверх, а затем снова жестко опускаюсь на его член. Глаза Зака наполняются желанием власти, и он выкрикивает:

— Бл*дь.

Повторяю движения снова и снова, полностью считая легкое скольжение и мощность движения. Я двигаюсь на нем, моя грудь покачивается, ноги дрожат от усталости. Тянусь назад и беру в руку его яички, и начинаю массировать их.

Он яростно приподнимает бедра мне навстречу, и начинает быстро бормотать.

— ДАДАДАДДАДА.

Мои бедра начинают двигаться в бешеном ритме, затем Зак начинает дублировать мои движения своими. Он хватается еще сильнее за мои бедра, удерживая меня на месте, чтобы начать вколачиваться жестче в киску.

Его яйца подтягиваются в моей руке, я понимаю, он скоро кончит.

— Подари мне это детка, — шепчу я ему, пока продолжаю опускаться и подниматься в жестком ритме. — Кончи для меня.

Я быстро меняю темп, поднимаясь медленно и опускаясь, но другое мощное и жесткое движение идет мне навстречу, и дрожь сотрясает мое тело.

— О, Боже, — стонет Зак, пока его тело продолжает дрожать. — Я кончаю.

Я не останавливаюсь, продолжая подниматься и опускаться, сохраняя ритм. Чувствую, как его бедра пронзает дикая дрожь.

— Мойра, — стонет Зак на выдохе, — что ты делаешь со мной? Я не могу контролировать себя… — легко укоряет он меня. Его глаза широко раскрываются, и он смотрит на меня жадным взглядом, его накаченные мышцы груди то поднимаются, то опадают, когда он хватает ртом воздух…

Я неспешно подношу пальчик ко рту, облизываю его, затем провожу им по его губам, не сводя ни на минуту с него глаз.

— Я освобождаю тебя, мой дикарь…

У меня сегодня отвратительное настроение, а все из-за приглашения, которое мне сделали Клинт и Кара — приглашения в ночной клуб. И опять же пригласили только меня, благополучно забыв про Мойру, но я убедился, что она тоже пойдет. Я могу сказать наверняка, что Кара не была рада видеть Мойру. Но и Мойра не была в восторге от Кары.

Я поймал себя на мысли, что даже и не думал проводить вечер без Мойры. Все свелось к тому, что я даже не был способен спать в своей постели сам. Это было еще одним фактором, который ужасно бесил меня. Я стал зависим от девушки.

Я страдаю от огромного водоворота эмоций, который накрывает меня, когда дело касается рыжеволосой красотки, с которой я провожу каждую ночь. Нужно заметить, очень качественно. Она полностью поглотила меня, я потерялся в любви к ней. Я одновременно и обожал это чувство и ненавидел, она была словно мое проклятье.

Каждое утро я просыпался гораздо раньше нее, потому что привык спать не только на мягком матрасе, но и держа в объятиях мой огонек на протяжении всей ночи. Поэтому по утрам я пользовался преимуществом совместного сна, мы начинали утро с пары замечательных оргазмов.

Это было просто немыслимо, но мы проводили вместе каждую минуту и секунду, совершенно не уставая друг от друга, становясь от этого только ближе. Я думаю, она стала мне самым родным человеком, не считая Парайлы. Мы много разговорили об удивительных открытиях, которые я делал. Вот, к примеру, вчера мы сидели снаружи милого маленького кафе, в центре Атланты, потягивая кофе с кубиками льда, рассуждая о терроризме. Я много читал о террористической акции, которая произошла одиннадцатого сентября. Это ужасное происшествие потрясло меня до глубины души. Я размышлял о том, что в мире произошло действие такого масштаба, а я пребывал в блаженном неведении, находясь в своем племени, проживая свою счастливую и спокойную жизнь. Я размышлял о таких происшествиях, чтобы в будущем суметь сделать для себя правильный выбор, когда придет время выбирать. Новый и современный мир, с которым я столкнулся, был удивительным, светлым, наполненным различными чудесами и возможностями.