Даниэла Стил - Секреты

— Это не особенно занятно.

Габи подошла, обняла его за шею и сказала:

— Так уж получилось, мистер Уорвик, что я люблю вас… и хочу делить с вами и радости, и горести.

Билл не сказал ей ни слова, но когда целовал ее, то не мог сдержать слез. Он ненавидел себя за то, что втянул ее в эту историю, но чувствовал, что нуждается в ней больше, чем она могла сама предположить… больше, чем он когда-либо нуждался в Сэнди.

Адвокатская контора «Гаррисон и Гуди» смотрелась солидно и была хорошо оформлена: в ее оформлении удачно сочетались современный дизайн, английский антиквариат и несколько очень хороших картин. Жены основателей фирмы наняли лучших в городе дизайнеров, и поэтому офис больше напоминал нью-йоркские, чем лос-анджелесские конторы. Ожидая с Биллом в приемной, Габи с удовлетворением узнала, что это лучшие в Лос-Анджелесе адвокаты. По пути в контору Габи переоделась у себя дома; на ней было темно-синее льняное платье, купленное матерью несколько лет назад у «Бергдорфа».

— Ты не раздумала ехать со мной? — снова спросил Билл, пока она одевалась. На что Габи велела ему помолчать и пойти заварить кофе. В ее маленькой кухоньке он нашел все, что нужно, а спустя полчаса Габриэла была готова. С волосами, собранными в пучок, она выглядела очень прилично. Ей недоставало только белых перчаток, и можно было бы идти на ленч в нью-йоркский «Колони-Клуб». Билл знал, что мать часто водила туда Габи.

Билл был рад, что Габи отправилась к адвокатам вместе с ним. Одно лишь ее присутствие придавало ему больше уверенности. Он представил ее адвокатам как Габриэлу Торнтон-Смит, против чего Габи не возражала. Было очевидно, что ее фамилия произвела на них впечатление. Стэн Гаррисон даже сказал, что когда-то был знаком с ее отцом. Затем он познакомил Билла с адвокатами — специалистами уголовного права, привлеченными фирмой для данного дела, и они на протяжении трех часов готовили его, объясняя, какие есть в деле ловушки, опасности, и излагая свои вопросы.

Билл чувствовал себя страшно усталым, когда они с Габи наконец в полдень покинули офис, куда надо было снова прийти на следующий день.

— Господи, у меня голова кругом идет от всей этой юридической мути.

От усталости Билл как-то даже побледнел, несмотря на загар, приобретенный за уик-энд. Напряжение для обоих было большим, но Габи выглядела спокойной. Она предложила заехать в продуктовый магазин.

— Я приготовлю ленч, а ты полежи у бассейна и расслабься.

Билл ласково посмотрел на нее:

— Чем я заслужил такую твою доброту, Габ?

— Я думаю, тебе просто не повезло. Ты же знаешь, какие дебютантки приставучие, — рассмеялась Габи, выходя из машины.

А неделей позже они точно так же выходили из машины у здания суда, в котором по коридорам сновали какие-то простоватого вида люди и адвокаты в мантиях и с цепями на груди. Со своими адвокатами Билл встретился в назначенное время у входа в зал суда. Габи стояла, тесно прижавшись к любимому человеку, — не потому, что боялась, а потому, что хотела быть в эту минуту с ним и как бы удостовериться, что Билл рядом.

Судья был назначен, по словам адвокатов, строгий. Трудно было предвидеть, проявит ли он симпатию к Биллу или нет. Последнее слово в любом случае было за присяжными.

Габриэла заняла место во втором ряду, Билл прошел с тремя адвокатами за загородку. Минут через десять зал стал заполняться юристами, любопытной публикой, репортерами. Затем судебный пристав провозгласил:

— Всем встать! Председательствует судья Мак-Намара. Заседание начинается.

Все снова сели. Габи пристально смотрела в затылок Биллу, молясь за него и за то, чтобы все прошло хорошо.

Адвокаты заняли свои места, были розданы соответствующие документы, и началась процедура отбора присяжных заседателей, которая заняла в итоге два дня. Кандидатов в присяжные было около сотни. Их представляли группами по двенадцать человек, и каждый адвокат мог без какого-либо объяснения отвергнуть двадцать кандидатур. Лишь на третий день к полудню был сформирован суд присяжных из семи женщин и шести мужчин. Все это были самые обычные люди, каких встречаешь в магазине, на улице, — ничего особенного. Его жизнь теперь была в их руках. Судья в этот день рано объявил перерыв; Габи и Билл с облегчением отправились домой. Габи приготовила салат, но есть им не хотелось. Билл от постоянного напряжения даже стал раздражительным.

— Хочешь, сходим сегодня в кино? — спросила за столом Габриэла, видя, что Биллу срочно нужна какая-то разрядка.