Даниэла Стил - Драгоценности

— В самом деле, замолчи, ты — чудовище. — Но Сара смеялась, слушая их, и Белинда покачала головой в притворном отчаянии. — Знаешь, я никогда тебя больше не приглашу. Этого просто нельзя делать. Ты слишком плохо ведешь себя, чтобы приглашать тебя с приличными людьми.

— Все так говорят. — Он печально взглянул на Сару, которая не веселилась так больше года. — Смею я представиться вашим родителям?

— Думаю, тебе лучше сделать это, — посоветовала Белинда, не подозревая о том, что он намерен был познакомиться с ними и снова увидеться с Сарой, если ему будет позволено. — Я провожу вас к ним, — с готовностью отозвалась Белинда. Сара с Вильямом последовали за ней, смеясь и перешептываясь, словно расшалившиеся дети. Но Томпсоны и не думали сердиться на дочь. Они знали, что она в безопасности где-то в пределах владений, среди остальных гостей. И были довольны, когда увидели ее с Вильямом. У него был приятный, интеллигентный вид, интересная внешность и подходящий возраст, и он, кажется, был увлечен их дочерью.

— Я должен извиниться, — начал Вильям. — Мы попали в засаду на ферме, а потом остановились, чтобы перекусить. И я боюсь, что задержал Сару дольше, чем следовало.

— Не верьте ни одному его слову, — вмешалась Белинда. — Я уверена, что он привязал ее где-то к дереву, а сам съел весь ее ленч, пока рассказывал ей отвратительные истории.

— Превосходная мысль, — задумчиво произнес Вильям, пока Томпсоны смеялись. — Сара, в следующий раз мы так и поступим. — Он чувствовал себя с ней удивительно спокойно.

Они долго болтали. Потом к ним присоединился Джордж, в восторге от того, что нашел Вильяма, и уговорил его пойти на конюшню посмотреть на нового жеребца. Вильям неохотно последовал за ним, а Белинда осталась с Томпсонами.

— Мне не следует говорить это, дорогая, но вы обратили внимание на самого привлекательного человека в Англии и, возможно, на всем свете.

— Мы приятно провели время за беседой. — Но приятно — было не то слово, которое она употребила бы, если бы разговаривала не с его кузиной. Он был просто великолепен.

— Он очень красив. Никогда не был женат. И чересчур разборчив. — Белинда бросила предостерегающий взгляд на Томпсонов, как бы для того, чтобы сказать им, что его будет нелегко поймать, но они, похоже, не заметили этого. — Примечательно, что он совсем лишен высокомерия. Никто не догадался бы… — Тут она снова повернулась к Саре. — Не думаю, что он сказал что-нибудь… Вы ведь не знаете, что он — герцог Вайтфилд, не так ли? — Она широко открыла глаза, и Сара пристально посмотрела на нее.

— Я… ах… Он просто представился как Вильям Вайтфилд.

— Он всегда так делает. На самом деле это то, что мне больше всего нравится в нем. Я забыла, какой он по счету в праве наследования… тринадцатый или четырнадцатый.

— Трона? — спросила Сара дрогнувшим голосом.

— Да, конечно. Хотя то, что он когда-то получит его, маловероятно. Но все же для всех нас это кое-что значит. Мы глупы в такого рода вещах. Я думаю, все это создает традицию. Ну во всяком случае, я рада, что с вами все в порядке. Я была немного обеспокоена, когда мы не смогли найти вас.

— Мне очень жаль. — Сара покраснела, мысли ее перепутались от того, что она узнала о Вильяме. И тут она спохватилась, не допустила ли она какой-нибудь ужасной оплошности с ним. — Мне следует как-то называть его?.. Я имею в виду… каким-то титулом? Как-то особенно?

Белинда улыбнулась ей. Она была так молода и так мила.

— Ваша светлость. Но если вы это сделаете, думаю, он застрелит нас обеих. Я не стала бы ничего говорить об этом, пока он не скажет сам.

Сара кивнула, и как только хозяйка ушла, к ним присоединился Вильям.

— Как жеребец? — поинтересовалась Сара, стараясь не выдать своих чувств, в то время как ее родители делали вид, что не обращают на них внимания.

— Боюсь, не так впечатляет, как цена, которую Джордж за него заплатил. Он совсем не разбирается в лошадях. Я не удивился бы, если бы бедное животное оказалось кастрировано. — И тут он виновато посмотрел на нее. — Простите, мне не следовало этого говорить.

— Все в порядке. — Она улыбнулась ему, ей было интересно, как бы он реагировал, если бы она назвала его сейчас «ваша светлость». — Мне доводилось слышать кое-что и похуже.

И тут он усмехнулся:

— О… несущие чепуху… Один Бог знает, что они изрекут в следующий момент.

Она рассмеялась, и они обменялись долгим взглядом. Он герцог, а она вела себя так, словно они были старыми друзьями, хотя провела с ним всего несколько часов, и ей не хотелось возвращаться в Лондон.