Даниэла Стил - Голос сердца

— Я бы не называла это удачей или неудачей. Ты же знаешь, что все произошло помимо нашей воли.

Стивен кивнул, Ему было обидно и за жену, и за себя.

— Думаю, на следующей неделе тебе надо будет этим заняться,

От его слов у Адрианы застыла кровь в жилах. Для Стивена все было так просто. Заняться этим. Но для нее это уже не было просто. Адриана вопросительно посмотрела на мужа:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, что я имею в виду. Нам нельзя иметь ребенка, черт подери, тебе это известно.

— Почему? Может, я о чем-то не проинформирована? О какой-нибудь ужасной наследственной болезни или о планах полета на Луну? По какой причине нам нельзя иметь ребенка? Есть ли она вообще?

— Да, есть, И очень веская. Они стояли в спальне друг против друга. Стивен с каменным лицом произнес:

— Мы давным-давно условились, что не желаем иметь детей. Я полагал, что для нас обоих это не были пустые слова.

— Но объясни почему. Я не понимаю, отчего мы не можем иметь детей?

Адриана с мольбой посмотрела на мужа:

— У нас обоих хорошая работа. Живем мы состоятельно и на наши доходы вполне могли бы содержать малыша.

— А ты представляешь себе, сколько это стоит? Образование, одежда, медицинское обслуживание. Да и нечестно будет давать жизнь нежеланному ребенку. Нет, Адриана, ты не права.

Стивена охватил страх, когда он увидел, что не убедил Адриану. Она знала, что муж придерживается крайних взглядов из-за того, что в детстве познал нищету, но их жизнь была совершенно иной.

— Деньги — это не все. Мы любим друг друга, хорошо живем, имеем благоустроенную квартиру. Что тебе еще нужно?

— Желание иметь детей, — сказал он спокойно, — а его у меня нет. И никогда не будет. Я говорил тебе это до нашей женитьбы и продолжаю настаивать на своем. Тебе придется избавиться от этого… — Стивен на мгновение замешкался, подбирая слова. — …плода.

Он сознательно не сказал «ребенка»,

— А если я не захочу?

— Будешь дурой. У тебя намечается блестящая карьера, если постараешься, а имея ребенка, ты не сможешь заниматься своей работой.

— Я могу взять шестимесячный отпуск по уходу. Многие женщины так делают.

— Да, и в конце концов они ставят крест на своей карьере, рожают еще пару-тройку детей и становятся домохозяйками. А потом ненавидят за это себя и своих чад.

Стивен высказал вслух самые худшие из ее опасений, и все равно Адриана считала, что стоит воспользоваться шансом и родить ребенка. Она не хотела от этого отказываться только потому, что не иметь детей проще, чем их иметь. Ну и что из того, что они не миллионеры? Почему все должно быть так идеально? И почему он не может понять ее чувств?

— Я думаю, нам следует хорошенько подумать, прежде чем мы совершим что-то радикальное, о чем потом будем сожалеть.

У нее были подруги, которые делали аборты и ненавидели себя за это. Однако Стивен не соглашался.

— Поверь мне, Адриана, — он несколько смягчил тон и на шаг приблизился к ней, — ты не пожалеешь, наоборот, ты потом почувствуешь облегчение. Эта штука может стать серьезной угрозой нашему браку.

«Штукой» Стивен назвал их ребенка. Ребенка, которого она успела полюбить за те четыре дня, как узнала о его существовании.

— Это не обязательно должно стать угрозой нашему браку.

Слезы подступили к глазам Адрианы. Она посмотрела на мужа:

— Стивен, пожалуйста… не принуждай меня делать это… пожалуйста…

— Я ни к чему тебя не принуждаю, — раздраженно ответил Стивен, расхаживая по спальне, словно зверь в клетке. — Я просто говорю, что это чертовская неудача, и было бы безумием даже думать о том, чтобы с ней смириться. Наша жизнь поставлена на карту. Вот и решай, как тебе поступить.

— Почему ты так на это смотришь? Почему ребенок кажется тебе такой угрозой?

Адриана не понимала, почему Стивен был так бескомпромиссен в этом вопросе и считает детей врагами.

— Ты понятия не имеешь, Адриана, во что дети могут превратить твою жизнь. А я наблюдал это на примере моей семьи. У моих родителей никогда ничего не было. Мать носила одну паршивую пару туфель, одну пару на протяжении всего моего детства! Она сама нас обшивала, а потом мы занашивали вещи до тех пор, пока они не разваливались. Мы не имели книжек, кукол или игрушек. У нас не было ничего, кроме бедности и нас самих.

Адриана признавала, что вес, о чем говорил Стивен, было ужасно, но это не имело никакого отношения к их теперешней жизни, а он не хотел этого понять.

— Печально, что тебе пришлось такое испытать. Но нашим детям не пришлось бы так жить. Мы оба хорошо зарабатываем, нам и ребенку хватило бы на более чем благополучное существование.