– Психотропные вирусы? Очередная выдумка наших яйцеголовых?
– Нет, если разобраться, такие вирусы известны человечеству с
древности.
– Я, знаете ли, не силен в медицине...
– Я – тоже. Но приходится учиться. На марше. Вспомните такое
заболевание, как бешенство. Сопровождается целым комплексом изменений в поведении – водобоязнью. Человек становится беспокойным, агрессивным и почему-то боится воды и яркого света. Даже вид льющейся из стакана жидкости вызывает у него дикий страх.
Создатели программы "Резус" полагали, что если отдельные вирусы способны вызывать у людей чувство страха, причем страха перед вполне определенными явлениями, то почему бы не создать вирусы и комбинации вирусного материала, делающие людей более мирными и дружелюбными... Вызывающими позитивное отношение к каким-то вполне определенным явлениям и предметам, которые ранее были для них индифферентны...
Решение о создании программы было принято, когда стало ясно, что дело идет к большой смуте, и цель проекта заключалась в консолидации раздробленного Космического Сообщества вокруг неких общих идей.
Строго засекреченные эксперименты начали одновременно на шести
периферических планетных системах Федерации, но спустя десятилетие
финансирование проекта прекратили, работы свернули, а результаты отправили в архив Министерства обороны. То, что мы наблюдаем сейчас на "Ферн-21" – лишь эхо того взрыва. Хотя официально, программа "Резус" не закрыта.
– Значит, вирус вышел из-под контроля?
– Похоже, что так. Трудно разобраться в делах давно минувших дней,
но, по всей видимости, руководство Колонии имело возможность ознакомиться с результатами работ, выполнявшихся в лабораториях, размещавшихся на "Ферн-21" и результаты эти их очень вдохновили. Настолько, что они сочли возможным продолжать финансирование работ из своего, так сказать, кармана, когда Империя стремительно рухнула и Ферн оказался отрезан от остального Космоса. Сами знаете, обвал происходил настолько стремительно... Так что не удивительно, что про сотрудников Программы, застрявших на периферии...
– Попросту забыли.
– Во всяком случае, не смогли их эвакуировать прежде, чем
прекратилась всякая связь с Колониями... И этим, как вы говорите, яйцеголовым просто для того, чтобы выжить, пришлось предложить свои услуги местным властям. Эффект был разительный: подвергшиеся обработке люди забывали о раздорах, борьбе за власть, политических страстях и объединялись в дружные земледельческие общины, жившие в соответствии с простыми и гуманными принципами... Кстати, в эти же общины влились постепенно и все потомки исполнителей программы "Резус". Стали кастой жрецов культа Растения... А то, что отдаленные социальные и другие последствия применения вируса совершенно не были изучены... Сначала это умалчивали, чтобы не смущать умы местной Администрации, а потом, когда Любовь к Растению познал уже каждый житель планеты, всякое обсуждение этой темы стало просто возмутительной ересью...
– Так значит – Любовь к Растению. Как общая связующая идея. И вирус – как ее причина...
– И само Растение – как его переносчик и инкубатор. Второй хозяин вируса. Здесь все было продумано с гениальной изобретательностью. Вирус внедряется в хромосомы земляники, множится с ее клетками, а в спелый ягодах образует множество копий, приобретает специфическую белковую оболочку, защищающую от действия антител человека и, попадая в его организм вместе с ягодами, атакует центральную нервную систему, трансформирует всю систему его ценностей и – гоп-ля! – благодарный "хомо сапиенс" хватает лопату, рассаду и спешит к грядкам... Идеальный порочный круг.
– Но почему, черт возьми, земляника?
– Думаю, что в том варианте программы, который отрабатывали на Ферне,
решающую роль сыграли просто климатические условия. На других...
– Значит, возможны и другие варианты?! Мило.
– Вообще-то, Любовь к Растению задумывалась просто как
вспомогательная поведенческая подпрограмма, обеспечивающая быстрое
распространение вируса и его постоянное присутствие в организме каждого
жителя планеты. Вирус был задуман так, что его предполагалось оснастить
"сменными боеголовками" – группами генов, обеспечивающих самые различные,
более... осмысленные поведенческие программы, на которые могли бы
опираться какие-то экономические, политические, идеологические
мероприятия. Наличие такой "основной нагрузки" должно было смягчить и действие "земляничной" подпрограммы – сводить ее действие к обычной привычке. А оставшись без всякого противовеса, гены Любви к Растению породили манию, культ. Начали работать еще и законы коллективной психологии...
Читать дальше