Дин Кунц - Властители душ

– В таком случае блокируем и их, – сказал Салсбери, поднимаясь со стула.

Он нервно зашагал между окном и столом.

"Этот город принадлежит мне, – думал Салсбери. – Он мой. Так и будет. Я буду держать в своих руках каждого мужчину, каждую женщину, каждого ребенка, пока не устраню все осложнения!"

Совершенно непостижимым образом ситуация вышла из-под контроля. Придется позвонить Даусону. Рано или поздно. Лучше раньше. Этого не избежать. Однако, прежде чем звонить, Салсбери хотелось убедиться, что сделано все, что можно было сделать без помощи Леонарда и Клингера. Нужно продемонстрировать решительность, мудрость, доказать свою надежность человека, с которым можно вести серьезные дела. Его решительность и находчивость могли бы произвести впечатление на генерала. И на этого боговлюбленного ублюдка. Произвести сильное впечатление, чтобы нейтрализовать их негативную реакцию, когда они поймут, кто явился первопричиной кризиса. Это чрезвычайно важно. В настоящий момент главная сложность состояла в том, чтобы сохранить доверие партнеров.

2.30 дня

Воздух в библиотеке Сэма был спертым и влажным.

Дождь барабанил в окно. Изнутри стекло запотело, покрылось сотней мельчайших капелек. Все еще не придя в себя от страшной находки, Пол сидел в одном из легких кресел, вонзив ногти в подлокотник.

Сэм стоял возле книжного шкафа, снимая с полок тома с подшивками обзоров работ по психологии, и бегло просматривал их.

На широком подоконнике монотонно тикали старинные каминные часы.

Из холла в библиотеку вошла Дженни, оставив дверь открытой. Она опустилась на колени подле кресла Пола и накрыла ладонями кисти его рук.

– Как себя чувствует Рай? – спросил он. Перед тем, как отправиться в дом Торпов на поиски тела Марка, Сэм дал ей успокоительное средство.

– Крепко спит, – ответила Дженни, – и наверняка проспит еще часа два, не меньше.

– Вот! – возбужденно воскликнул Сэм. Пол и Дженни с удивлением посмотрели на него.

Сэм приблизился к ним, держа в руках раскрытую книгу.

– Вот его фотография. Того самого типа, что именует себя Дейтоном.

Пол поднялся с кресла, чтобы получше рассмотреть фотографию.

– Не удивительно, что мы с Рай не могли отыскать ни одной его статьи, – заметил Сэм. – Мы искали публикации, подписанные Альбертом Дейтоном. Но этого типа зовут иначе. Его настоящее имя Огден Салсбери.

– Я видел этого парня, – сказал Пол. – Он сидел в кафе Альтмена в тот самый день, когда официантка проткнула себе руку вилкой. Она стояла около него.

Поднявшись с колен, Дженни спросила:

– Вы думаете, это как-то связано с тем, что тут творится, с тем, что рассказал Бадди Пеллинери, что случилось с Марком?

Последние слова она произнесла дрогнувшим голосом, глаза ее заблестели. Закусив губу, она сдержала слезы.

– Да, – произнес Пол, вновь удивляясь своей неспособности плакать. Сердце его рвалось на части. О Боже! Боль переполняла его! Но слез не было.

– Каким-то образом все это должно быть связано. Обращаясь к Сэму, Пол спросил:

– Эту статью написал Солсбери?

– И как явствует из введения, это последняя его печатная работа, более чем двенадпатилетней давности.

– Он же не умер?

– К сожалению.

– В таком случае, где его другие работы?

– Похоже, он весьма противоречивая личность. Его восхваляли и проклинали, чаще, правда, проклинали. Он устал от своей противоречивости. Забросил поездки с лекциями, перестал печататься, чтобы все время посвятить исследованиям.

– О чем эта статья?

Сэм прочитал заглавие: "Полное изменение поведения путем воздействия на подсознание", ниже под заглавием стояло: "Управление деятельностью мозга извне".

– Что это означает?

– Хотите, чтобы я прочел вслух? Пол посмотрел на часы.

– Не повредит узнать врага прежде, чем мы отправимся в Бексфорд сообщить в федеральную полицию, – заметила Дженни.

– Она права, – согласился Сэм. Пол согласно кивнул.

– – Давай, читай.

2.40 дня

В пятницу днем Леонард Даусон сидел в кабинете Гринвичского дома, штат Коннектикут, и читал длинное письмо от супруги, написанное на ароматизированной бумаге. Прошла первая неделя из трех, отведенных Джулией на посещение Святой Земли. День ото дня она все больше убеждалась, что, в действительности, дела здесь обстояли иначе, чем она надеялась и представляла себе. Лучшими отелями владели арабы или евреи, поэтому, писала она мужу, ее не покидало ощущение брезгливости всякий раз, когда она отправлялась спать. В гостиницах имелся выбор номеров, но по ее словам, она предпочла бы спать в конюшне.