Шарон Ли - Лови день

– А, вот ты где, Салисса, – проговорила фру Трелу с заметным холодком. – Это Мери. Она помогает мне на ферме, и ей пора купить нормальную рабочую одежду.

– Надо думать! – Салисса презрительно фыркнула, а потом повернулась к Мири. – Откуда ты взяла эти… вещи, которые на тебе? Ну и чудной у тебя вид!

– Конечно, она выглядит не как все, – огрызнулась фру Трелу. – Она же иностранка! И я знаю, что ей нужна одежда, поэтому мы здесь! Хорошие теплые вещи, Салисса, – такие, в которых она сможет работать. И не пытайся с ней разговаривать. Она понимает одно слово из десяти.

Она повернулась к Мири:

– Мери, иди с Салиссой. Она подберет тебе теплые красивые вещи для работы. А я куплю кое-что для себя. Потом я вернусь за тобой, и мы пойдем и найдем Кори.

Мири с тревожным чувством проводила старуху взглядом, а потом расправила плечи и повернулась, чтобы пригвоздить возмущенным взглядом Салиссу.

У невысокого мужчины оказался свой взгляд на вещи. Он настоял, чтобы ему показали разные виды рабочих рубах, внимательно осмотрел каждую и наконец остановил выбор на смесовой ткани – шерсть с джуламом. Сам Порлум считал ее самой теплой и ноской. Правда, его мнения никто не спрашивал.

Столь же придирчиво покупатель осмотрел брюки и рабочие ботинки, хотя, как то и следовало, он доверился Порлуму в том, что касалось размеров и примерок. Он также разрешил, чтобы ему рекомендовали носки и ремень.

Однако во всех деталях главным оставался вкус Кори: начиная с гладких, а не клетчатых, рубашек и кончая прочными черными брюками. Выбранная им куртка была на перьях хойпера – прекрасное, теплое и хорошо сшитое изделие, оставшееся на вешалке из-за своего странного зеленовато-серого цвета. Увидев его, мужчина ухмыльнулся и сразу же снял с вешалки.

Порлум осмотрел получившийся результат и кивнул. Куртка сидела хорошо. Глубокие карманы и капюшон были как раз рассчитаны на зимние холода, а неяркий цвет подчеркнул удивительные зеленые глаза покупателя. Жаль, что Эстра не захотела купить ему нарядный костюм.

Кори на секунду застыл неподвижно, чутко наклонив голову, а потом указал на стопку вещей на прилавке – три рубашки, пара брюк, носки и тот странный костюм, который был на нем.

– Я приду за этим, – сказал он и исчез.

Вал Кон задержался на секунду, чтобы оценить представшую перед ним картину. Мири, одетая в нечто такое, что, как он был совершенно уверен, Мири никогда надевать не следовало, спорила с черноволосой женщиной. Фру Трелу стояла сбоку и, похоже, пыталась разрешить конфликт, заставив Мири помолчать несколько секунд и дав незнакомой женщине одержать победу. Он пошел вперед.

– Плохо, – говорила Мири темноволосой женщине с немалым жаром. – Не теплые! Фру Трелу говорить – теплые…

– С такими волосами и этими веснушками, – прервала ее незнакомка, – ты бы лучше позаботилась о том, чтобы выглядеть красиво! Разве не стоит немного померзнуть, чтобы знать, что ты выглядишь красиво, а не как сорванец!

– Право, Салисса, – сказала фру Трелу, – она тебя не понимает. И, Мери, если ты позволишь Салиссе показать тебе другие вещи…

– Больше никакие вещи, – решительно объявила Мири. – Плохая одежда. Моя одежда, – четко сообщила она Салиссе, – красивая!

– Те вещи, в которых ты пришла? – вопросила продавщица. – Ну, наверное, если тебе хочется казаться… сорвиголовой и…

– Ты, – прервал ее тираду негромкий голос, – не будешь говорить такие слова этой фру.

Салисса изумленно открыла глаза. Рядом с рыжеволосой женщиной внезапно появился мужчина, зеленые глаза которого были хладнокровно устремлены на продавщицу. Этот взгляд длился, как ей показалось, несколько долгих минут, а потом он заговорил снова:

– Ты понять мои слова?

Она нервно облизнулась:

– Да.

– Хорошо, – сказал мужчина без всякого выражения. А потом он повернулся к рыжеволосой. – Шатрез?

Мири с досадой воздела руки и посмотрела на себя.

– Фру Трелу говорить – тепло, – сказала она, придерживаясь бенского. – Не тепло это. Некрасиво. – Она слабо улыбнулась. – Боррил.

Уголки его губ чуть приподнялись, и он снова рассмотрел ее наряд. У ярко-желтой рубашки рукава были, конечно, длинные, но сшита она была из какой-то тонкой ткани, которая едва годилась бы для самых теплых дней этой планеты. Юбка была не настолько тонкая, но с рюшами и оборками – работать в такой было бы невозможно.

Он покачал головой и повернулся к старухе:

– Фру Трелу? Мири… права. Это – не тепло. Это некрасиво. Здесь есть одежда такая, как одежда Мири?