Шарон Ли - Лови день

– Похвально. – Он чуть повернул голову. – Дживз!

– Да, ваша милость?

– Пожалуйста, сообщи моей сестре, что мистер Мак-Фарланд может отдать свой пакет только в ее руки. Я рассчитываю, что ее светского умения хватит, чтобы извиниться перед господином дэа-Гауссом и расстаться с ним на полчаса.

– Конечно, сэр.

Робот выкатился из комнаты, закрыв за собой массивную дверь.

– Она придет сюда через пару минут, и тогда вы сможете поспать, сударь, не беспокойтесь.

– А? – Чивер воззрился на него с искренним изумлением. – То есть послушайте – я хочу сказать, это все мило и все такое прочее, мистер йос-Галан, но вам нет необходимости оставлять меня здесь. Я посплю пару часов в порту, пока буду дожидаться разрешения на взлет… У меня корабль арендованный, понимаете? Мы с черепахой условились, что они оплатят ремонт «Мошки Люси», если я доставлю от их имени этот пакет. Он пришел в бар и спросил, кто тут самый хороший пилот. Я ответил, что я, – не хвастаясь, ответил: глупо врать черепахе – и остальные подтвердили, что это так.

– Понимаю. Очень мило со стороны черепахи. Кстати, как ее звали? Вечно меня подводит память!

– Он велел, чтобы я называл его Точильщиком. Большой такой. Голосище – кажется, вот-вот барабанные перепонки лопнут. – Чивер снова взял чашку и залпом проглотил ее содержимое. – Интересный тип, а?

– Так мне рассказывали. Но я должен настоять на том, чтобы вы у нас остановились, сударь. Это самое малое, чем мы можем отплатить вам за беспокойство. Разрешите мне вас переубедить!

– Нет, послушайте, это…

– Шан?

Голос звучал мягко, с акцентом – и поразительно красиво.

И вошедшая женщина, которой принадлежал этот голос, оказалась стройной, миниатюрной, золотистой и совершенной. На чудесном заостренном личике, обрамленном золотыми волосами, сияли огромные лиловые глаза. Чивер не мог отвести от нее взгляда.

Крошечная богиня тоже смотрела на него, и между безупречными бровями пролегла чуть заметная хмурая морщинка.

Грозившее затянуться молчание прервал Шан йос-Галан:

– А, вот и ты, сестра! Позволь представить тебе мистера Чивера Мак-Фарланда, который привез предмет, который обязан передать только тебе.

Она склонилась в поклоне – таком изящном, что Чивер почувствовал, как у него на глаза навернулись слезы.

– Чивер Мак-Фарланд, я счастлива с вами познакомиться.

– И я сча… счастлив… с ва… вами познакомиться. – Тут в нем проснулась какая-то чудом сохранившаяся крупица здравого смысла. – У меня есть нечто, что я должен передать Нове йос-Галан, Первому представителю Клана Корвал.

– Этот человек – я, – мягко проговорила она. – Вы можете снять с себя ваше бремя.

Его рука невольно потянулась к внутреннему карману – но остановилась.

– Мне очень жаль, но, видите ли… поскольку я вас не знаю и вообще… Точильщик велел мне попросить, чтобы вы назвали ваше имя.

– Мое имя?

Морщинка стала глубже, и Чивер с трудом удержался, чтобы не рухнуть на колени, умоляя ее не затруднять себя: он отдаст ей пакет, если только…

– Мое имя, – совершенно серьезно сказала она, – Нова йос-Галан, Исполняющая Обязанности Первого Представителя Клана Корвал, Та Кто Помнит, Первая Сестра Вал Кона йос-Фелиума Разведчика, Художника Преходящего, Убийцы Старшего Дракона, Весеннего Помета Фермера Зеленодрева из Логова Копьеделов Клана Средней Реки, Крепкого Парня.

Это была музыка. Это была ангельская песнь. Он мог бы слушать ее голос часами – сутками – годами. Невозможно было бы представить себе, чтобы ему наскучило…

– Э-э… да, – промямлил он, наконец запуская руку в карман и извлекая оттуда пакет. – Держите.

Она обхватила нежными ручками пакет и еще раз поклонилась:

– Приношу вам мою благодарность, Чивер Мак-Фарланд, за ту службу, которую вы сослужили Клану Корвал. Пожалуйста, позвольте Дживзу проводить вас в гостевую комнату.

– Угу, – ответил он снова и сумел изобразить неуклюжий поклон – пародию на ее безупречное изящество. – Я… э-э… до свидания.

– До скорого свидания, – подтвердила она.

Уходя следом за роботом, он разрешил себе один раз оглянуться и увидел, что ее руки уже вскрывают пакет.

– Прекрати! – Горди провел рукой по экрану, так что атака Леди Царапки была перенесена с курсора на его пальцы. – И это тоже прекрати! Глупая кошка.

Она заморгала невинными чуть раскосыми голубыми глазами и аккуратно свернула лапки калачиком у белоснежной груди. Горди протяжно вздохнул: