Сергей Лукьяненко - Спектр

Никогда не напивайтесь до положения риз, если назавтра вам предстоят великие дела.

Некоторое время Мартин тихо лежал, вспоминая благородного дона Румату Эсторского, враз протрезвевшего после безобразной пьянки с бароном Пампой. Пытался сквозь головную боль представить, каким образом действует “спорамин”. Решил, что чудодейственные таблетки резко ускоряют метаболизм в организме, что должно помочь и в исцелении от ран, и в борьбе с продуктами распада алкоголя. Со стоном поднялся, выбрался на кухню, заглотал некоторое количество минералки с анальгином, заглянул в кабинет – героический гэбэшник мирно спал на неразложенном диване, рядом, на полу, лежало тепловое ружье аранков.

Мартин покачал головой и двинулся под душ.

Когда Мартин вышел из ванной, Юрий Сергеевич бодро гремел посудой на кухне, напевая под нос:

Мартин остановился на пороге, глядя на чекиста. Тот весело улыбнулся, аккуратно надрезая ножом очередное перепелиное яичко – и выплескивая его на сковородку.

– Откуда яйца? – мрачно спросил Мартин.

– Ты же вчера отказывался уезжать из ресторана, пока тебе не продали упаковку, – сообщил Юрий Сергеевич, прервав музицирование.

– А что за песня?

Юрий Сергеевич искренне удивился:

– Ты же вчера ее заказывал на бис два раза. Забыл?

– Вспомнил, – буркнул Мартин. – Чтобы я еще раз пил с чекистом…

На “чекиста” Юрий Сергеевич ничуть не обиделся, госбезопасность всегда умела хранить традиции:

– Да брось, ты очень хорошо держался. Давай… яишенки с кетчупом наверни, чайку с лимончиком…

Мартин уселся за стол, тоскливо посмотрел в тарелку. Вздохнул, хотел было сообщить Юрию Сергеевичу, что все целебные свойства перепелиных яиц проявляются лишь в сыром виде… но вспомнил про “сноба” и принялся есть.

Чай пошел уже легче. В голову рикошетом ударили излишки принятого вчера.

– Захмелел? – проницательно спросил Юрий Сергеевич.

– Старые дрожжи не ржавеют… – сообщил Мартин. – Зачем ты тепловое ружье достал? Отстреливаться собирался?

– Ты же его сам достал, – сообщил чекист. – Показывал, как небрежно дети аранков обращаются с оружием.

– О, господи… – прошептал Мартин.

– Ничего, я контролировал ситуацию, – успокоил его Юрий Сергеевич. Посмотрел сочувственно и достал упаковку каких-то таблеток: – Сжуй штук пять, полегчает.

– А говорил, нет никаких секретных таблеток! – возмутился Мартин, демонстрируя, что кое-что из вчерашнего удержалось в памяти.

– Они не секретные. Обычная янтарная кислота, пять рублей упаковка в любой аптеке.

Мартин доел яичницу и выпил янтарной кислоты. Безропотно взял у Юрия Сергеевича сигарету, задымил – на трубку сейчас сил просто не было.

– Куда собираешься отправиться? – спросил Юрий Сергеевич. – Шеали или Талисман?

Мартин вздрогнул:

– Это обязательно?

– А ты что, собираешься остановиться на полдороги? – удивился Юрий Сергеевич. – Забыть… обо всем?

Мартин подумал и признал его правоту. Спросил:

– С кем я буду работать?

– Ты отправишься в путь один, – торжественно сказал Юрий Сергеевич. – Но, ради исключения, вооруженным. Так куда отправляешься?

– Пока не знаю, – признался Мартин. – У терминала постою – выберу… Юра, что мне делать?

– То же самое, что и раньше. Пытайся спасти Ирину.

– Мы ведь уже знаем, чем это кончается… – сказал Мартин. – Почему я должен быть один? Эрнесто Полушкин не хочет поискать свою дочку?

– Тебе и впрямь этого хочется? – насмешливо спросил Юрий. – Никуда он не отправится. Он для себя решил – спасется лишь одна Ирина. И любые действия ситуацию не изменят. Беспомощно смотреть на гибель дочери он не желает…

– А ты? – в лоб спросил Мартин.

– Что, пошел бы со мной в разведку? – восхитился гэбэшник. – Нет, Мартин. Не могу. Хотел бы, но не могу. Кто-то должен прикрывать твою задницу. Ты же понимаешь, что наши действия высшим руководством не одобрены.

– Юра, хватит играть со мной втемную, – попросил Мартин. – Что я должен сделать?