Ник Полотта - Бюро-13

Мгновенно он спрыгнул вниз и укрылся под скамьей. Третий все еще катается по полу – на том самом месте, где его застигла атака, – и отчаянно воет, из множества ран бьет кровь… Непонятно, почему же раны не заживают сразу, как затянулись только что его собственные порезы? А может, флуоресцентный свет тому виной, что-то в нем есть, отчего раны не закрываются? Первый коснулся щеки, и пальцы его тоже окрасились кровью… Но ему-то не грозит такая участь, у него сейчас все пройдет, – какое счастье!

Тело Третьего плавает в крови, стоны почти уже не слышны. Горло бы ему перерезать для верности… Куда там, Второй уже бьется в дверь – как бы не вырвался на свободу… Быстрее к нему – остановить! Времени уже немного – повсюду бушует пламя: это воспламенились на лабораторном столе шеренги колб, а в них чего только не было – всякие химикаты… То и дело трескаются и взрываются все новые колбы. По дорожке, намеченной капельками пролившейся жидкости, огонь бежит к входу в кладовую…

Второй совсем обезумел от гнева и страха – так рванул железную ручку двери, что запоры заклинило. В последнем пароксизме ярости он изо всей силы трахнул по двери кулаком – глубокая вмятина появилась на металлической поверхности. Второй обернулся, посасывая ободранные костяшки пальцев, – в этот миг Первый бросился на него. Сжимая друг друга в смертельной схватке, они покатились по полу, среди разгрома и огня, отчаянно кусаясь, царапая, колотя и пиная друг друга. Каждый пытался добраться зубами до тяжко дышащего горла, отбивал натиск мощных челюстей ударами головы. Однако ногти не когти, ими существенного вреда не причинишь, да и силы их примерно равны… Не вечно же так кататься по полу… Уже почти отчаявшись, Первый вдруг усмехнулся про себя: почему бы не заимствовать тактику у врага – вон какую отметину оставил его кулак на двери… Надо рискнуть. Вырвавшись из цепких объятий Второго, Первый нанес ему беспощадный удар кулаком в грудь. Тот замер, лицо его исказилось в безмолвном вопле боли. Раскрыв ладонь, Первый точным движением тонкой руки проник в тело противника и выдрал внутренности… Раскинув руки, Второй рухнул на пол, из разверстой раны хлынула черная кровь…

Отбросив в сторону пригоршню кишок, Первый выпрямился и наконец-то разразился громким, протяжным криком победителя.

Словно в ответ раздался страшный грохот рушащихся балок – все помещение сотрясалось, летели обломки каменной кровли. Пламя разошлось вовсю; сквозь удушающие клубы дыма ничего не разглядишь – скорее спасаться, бежать отсюда… Первый бросился в кабинет шефа лаборатории и разбил окно, краем сознания отметив, что кровь у него течет из многочисленных ран и не думает останавливаться… и еще – он почему-то сильно хромает. Горящий коридор… оглушительные звуки… огонь лижет ему тело… ох, как больно!..

Первый медленно просыпался… Какая-то маленькая комната, непривычная и незнакомая, стены металлические… Со стен и потолка свисает всякая аппаратура… это он знает – медицинские приборы… Он лежит в постели, на нем что-то белое, свободное…

– Спокойно, малыш! – Немолодая женщина, с мягкими, добрыми чертами лица, придерживала кончиками пальцев запястье больного. – Видишь ли, взорвалась лаборатория. И тебе изрядно досталось.

От этих простых слов Первый весь сжался под одеялом, вытянулся и застыл, размышляя. Он среди людей… И его приняли за человека! Такого же, как они сами… Женщина тоже облачена в белое, такую одежду носили всегда люди в лаборатории, – это халат. Да правильно ли он называет эти предметы? И вообще, откуда эти названия ему известны? Карманы халата оттянуты какими-то металлическими инструментами… они для него внове.

– Сейчас будет больно, – ласково предупредила женщина, осторожно приподняла одежду и принялась сосредоточенно разглядывать окровавленные бинты у него на животе.

Почему она нянчит его словно мать? У него ничего не болит…

– Боже мой! – вскрикнула женщина. – Дежурный, пожалуйте-ка сюда!

Из-за занавески появился еще один человек – мужчина, тоже в белом халате, а на лице, на глазах, – стеклышки.

– Что случилось, доктор?

Так, ясно: эта женщина – ученый, как те люди, прежде, и ее, как и их, интересует, как устроено его тело. Запах подсказывает: она взволнована… примешивается еще какой-то запах… и он усиливается с каждой секундой… Страх! Она чего-то боится…

– Взгляните на эти раны!

Подойдя вплотную к кровати, человек в белом опустился на колени, поправил металлическую дужку со стеклышками у себя на носу.