Ник Перумов - Посредник

– Если б все было так просто, то не стоило тебя с Земли тащить.

Заруба на мгновение прикрыл глаза.

– Знаешь, босс, а я как чувствовал. И кое-кого с собой прихватил…

– Это еще кого? – насторожился Юрий.

– Зуботычку, Клеща и Выдирало.

– Смотри-ка! Всю гвардию поднял!

– Так ведь грек не одного тебя знал… Меня тоже, и едва ли не больше, – задушевно объяснил вор.

– Понятно. Короче, ставлю задачу – грека убрать. Лучше, если это будет выглядеть как пожар, сопровождавшийся поломкой в системе воздухообмена.

Заруба почесал затылок.

– Хреновенько. Там все контуры не то что сдублированы, а сдевятированы даже!

– Думай, – жестко ответил Юрий. – Ты у нас по этим штукам спец.

– Дык ясен хрен… Не кручинься, босс, придумаем! Пару часов покумекаем – и измыслим. Выдирало у меня по электронике большой спец.

– Если ничего не придумается – придется напрямик. На тебе внешний пост повиснет. Внутреннему посту я красивую картинку из серии “репортаж с места события” обеспечу… Заруба скабрезно захихикал.

– Это ты хорошо придумал, босс!.. Только желательно все-таки к подобному не прибегать…

– Да и мне тоже. – Юрий пожал плечами. – Я ж говорю – подумай, как обойти.

– Подумаю… А потом что делать станем?

– Отход я обеспечу, – бросил Юрий. – Есть у меня тут одна шаланда под боком…

“Шаландой” был торпедный катер. Отвечавший за списание тыловик через подставных людей получил круглую сумму, что позволило списанному катеру пройти капремонт и оставаться на приколе полностью заправленным, в готовности к “бою и походу”.

– Сделаете дело – и отваливайте. Следящую систему я с толку собью. А потом сам двинусь в погоню… и какое-нибудь корыто расстреляю. Все шито-крыто.

– А командные пароли от нашей шаланды когда? – хитренько прищурился Заруба.

– Да хоть сейчас. – Юрий пожал плечами. – Вот расстанемся – и можешь опробовать. Только помни, что код самоликвидатора все равно у меня останется. – Юрий лучезарно улыбнулся.

– Да ты что, босс, – обиженно захрипел Заруба, – чтобы я кого обманывать стал!..

– Человек гной еси и кал еси, – философски заметил Юрий. – C'est la vie, mon cher ami.

– Ась?

– He переживай. Это не ругательство, это по-французски.

– А-а-а… Ладно, босс, давай свои пароли, а я через пару часиков скажу, что мы там с корешами намозговали…

Так. С одним делом покончено. Теперь – таможня. Те, кто раньше брали обеими руками, а теперь ими же и отпихиваются, должны знать, что коней на переправе не меняют. Юрий быстро шагал по коридорам “Зари”. За годы войны у него тут подобрался неплохой штат специалистов на все руки.

Толстая, как бочка, и столь же неуемная в любовных делах Зойка, как всегда, потребовала амурную часть оплаты вперед. Процесс сей поимел место в затхлой кладовке таможенной службы. Юрий чуть не плюнул. Никакого сравнения с теми тремя гибкими богинями запретного племени! Как там месье Понтиви, не зажарили ли его живьем… Жаль, если старик и в самом деле загнал свою халупку, отдыхать у него было одно удовольствие.

Всласть настонавшись, Зойка одернула форменную юбку и уже совсем другим, деловито-серьезным голосом сказала:

– Денежки, миленок, завтра. Троих перевертышей я тебе сразу могу назвать, остальную пятерку – к утру. Приходи часам к одиннадцати, да смотри не опоздай! И свининки со сметаной не забудь навернуть. Я сегодня с тебя только задаток получила, а расчет-то у нас будет погорячее… – И подмигнула, дурында, будто такое великое счастье с тобой, стоя в каморке, трахаться!

Вернувшись на “Стремительный”, Юра закрылся в каюте, строго-настрого велев денщику Гришке никого и на пушечный выстрел не подпускать, хоть даже самого адмирала Рождественского…

Шестая минная приняла неравный бой. Ничего иного ей просто не оставалось делать. На той стороне из невидимости один за другим вываливались жжаргские корабли. Спецназ-гоусты. “Дымари”. Разведчики-фрегаты. Эсминцы. Легкие крейсера, похожие на ежей – так много понатыкано стволов на батарейных палубах. Тяжелые крейсера – с мощной броней и отличной скоростью. Мониторы прорыва – тихоходные, но способные справиться с планетарной обороной среднего калибра. Громады ударных авианосцев и линкоров, от огня которых способны взрываться звезды…

Саша тихонько присвистнул. Вот это да! Такое он видел только в учебных лентах, что показывали на базе. Так, посчитаем… Ударный авианосец… класса “Имрир”, двести бомбардировщиков и истребителей… еще один… класса “Ипсвич”… сто пятьдесят боевых космических аппаратов всех классов… Линкоры – два. “Конго” и “Цукобо”. Орудия планетарной артиллерии (хотя, конечно, стреляют отнюдь не снарядами), бесчисленные противокорабельные ракетные комплексы, мелкие зенитные и прочее, прочее, прочее… Четыре тяжелых крейсера, столько же мониторов прорыва, дюжина легких крейсеров, а уж эсминцев так много, что сразу и не сосчитаешь. И всему этому громадному скопищу, эскадре, сравнимой по мощи со всем флотом адмирала Рождественского в системе “Дзинтарс”, противостояла Шестая минная. Два лидера – “Ташкент” под флагом контр-адмирала Михеева и “брат” “Ташкента” “Ужасный”, четыре новейших корабля – близнецы “Мстислав”, “Изяслав”, “Автроил” и “Гавриил” (они по мощи, пожалуй, с жжаргскими легкими крейсерами потягаются!) да шесть эсминцев постарше: “Новик”, “Счастливый”, “Беспокойный”, “Керчь”, “Грозящий” и “Порывистый”. Ну и еще разведдивизион кавторанга Ивахнова – три десятка тяжелых штурмовиков типа “Валдай”.