Боб Шоу - Беглые планеты

Без помощи приборов глаза Дививвидива были не способны фокусироваться на бесконечности вселенной, поэтому видимый космос, протянувшийся за белым горизонтом, сводился к картине солнца и одной из местных планет, на заднем фоне которых были наляпаны какие-то размытые светлые пятна. Дививвидив сосредоточил свое внимание на голубой точке, которая была его родной планетой под названием Дуссарра, и спустя считанные секунды вступил в контакт с директором Заннананом.

«В чем дело? – спросил Заннанан. – Как осмелился ты помешать моей работе?»

«У меня хорошие новости, – отозвался Дививвидив. – Так уж неудачно сложились обстоятельства, что представители примитивов, которых я отослал вам, – сплошь женские особи. Не повезло нам и со вторым судном, содержащим самцов-примитивов, – эти создания вовремя заметили Кса и облетели его стороной».

«Ты сказал, что у тебя хорошие новости». – Слова Заннанана сопровождались цветами, означающими растущее раздражение.

«Да! То же самое судно примитивов сейчас приближается к зоне невесомости, и находящиеся на борту верят – или надеются, – что потерявшиеся самки укрылись в зданиях, вращавшихся неподалеку от нас. И на этот раз, директор, я поймаю их, потому что – как естественное следствие предыдущего физического контакта – самцы совершают повторное восхождение с единственной целью – освободить своих самок. Они летят прямо ко мне в руки».

«Это совершенно невероятно, – изумился Заннанан. – Ты уверен?»

«Абсолютно».

«Действительно, хорошая новость – никогда не думал, что представителей какой-либо разумной расы могут связывать столь крепкие узы. Я с нетерпением жду самцов-примитивов, чтобы провести некоторые эксперименты».

«Для меня великая честь служить вам, – сказал Дививвидив, довольный тем, что директор одобрил его действия. – Пока мы беседуем в неформальной обстановке, могу ли я затронуть еще один вопрос?»

«Конечно».

«Сознание Кса достигло новых уровней, и недавно он поинтересовался у меня, что такое Тросы».

«Он что-нибудь понимает? Догадывается о чем-либо?»

«Нет. – Дививвидив помедлил, обдумывая, как бы поделикатнее изложить следующий вопрос. – Но я уловил странные полутона… Что-то случилось?»

«Я вынужден ответить – да, случилось. – Последовала краткая пауза, а когда директор Заннанан снова заговорил, его слова омрачали необычные цвета, выражающие сомнения и дурные предчувствия. – Как тебе, наверное, известно, одна мощная фракция в нашем обществе вынудила ученых пересмотреть оценку местной ситуации, и самая последняя информация послужила дополнительным доказательством того, что Тросы действительно существуют. Также весьма вероятно то, что по меньшей мере двенадцать Тросов пересеклись когда-то неподалеку от нашей галактики – а ведь раньше заявляли, что их было всего семь.

А если это действительно так, то вскоре перестанет существовать не только наша галактика – сотни других галактик по всему космосу будут аннигилированы».

«Понимаю». – Дививвидив прервал ментальный контакт, и окружающий холод с новой силой вцепился в него своими клешнями.

«Вот ведь странно, – подумал он. – Почему силы, грозящей расправиться с миллионом других галактик, следует опасаться больше, чем той, которая вот-вот должна уничтожить нашу систему, – тем более что и в том, и в другом случае меня ждет один конец? И почему меня так беспокоит намерение моего народа стереть с лица вселенной какие-то две неразвитые планетки с малочисленным населением, когда весь космос находится под угрозой гибели?»

На протяжении последних пятидесяти миль полета Толлер и Стинамирт, то включая, то выключая боковые двигатели, положили судно набок. Сделали они это, чтобы заранее увидеть вереницу деревянных станций и на подлете избежать горизонтального сноса. Даже в условиях отличной видимости обнаружить эти постройки было нелегко, а сейчас, когда небо заполонило море из кристаллов и солнечный свет разливался потоками бриллиантово-белых искр, Толлеру казалось, что на это уйдет немало времени. Каково же было его удивление, когда, приблизившись к мерцающему диску на тридцать миль, он вдруг различил небольшую черную точку в самом его центре. Подплыв поближе, он рассмотрел в бинокль, что это сооружение – хоть и весьма неверных очертаний – состоит из ровных линий и прямых углов. Его силуэт напоминал план очень большого здания, которое достраивали до бесконечности, в результате чего оно превратилось в один огромный беспорядочный комок.