Боб Шоу - Беглые планеты

«О Возлюбленный Создатель, вопрос, сформулированный подобным образом, не имеет никакого смысла».

«Я другого и не ожидал. – Дививвидив обратился к более насущным делам. – Скажи мне лучше, эти самцы-примитивы уже поняли, что ты принадлежишь к определенному классу объектов и что раньше ни с чем подобным они не сталкивались?»

«Объектов? Объектов?»

«Созданий. Конечно же, мне следовало отнести тебя к созданиям. Но как они воспринимают тебя?»

«Как природное явление, – ответил Кса. – Как некое образование из льда или какой-то иной кристаллической материи».

«Это очень кстати – они направят свою потенциальную энергию на причинение вреда, а мы тем временем легко справимся с ними».

Дививвидив переключился на режим высшего мозга, чтобы Кса не подслушал его мысли. Отлов опытных экземпляров примитивов для личного изучения директором Заннананом был в некотором роде вольностью, незапланированным отступлением от великого проекта, и если тело Кса понесет какие-либо повреждения, наказание будет ужасным. Его, Дививвидива, наверняка подвергнут личностной модификации – так карали тех, кто позволил себе забыть об обязанностях. Кроме того, проект был самым важным предприятием за всю историю его народа. Будущее целой расы…

«Возлюбленный Создатель! – непрошеным гостем вторгся зов Кса. – У меня есть к тебе один вопрос».

«Какой же?» – сказал Дививвидив, надеясь, что Кса не собирается вновь погружаться в утомительные размышления по поводу собственного будущего. Искусственного интеллекта Кса не хватало, чтобы воссоздать самого себя, но его разработчики – обитатели самых высоких этажей Дворца Чисел – вряд ли могли предвидеть, что это существо настолько продвинется в личностном самопознании.

«Скажи мне, Возлюбленный Создатель, – спросил Кса, – что такое Трос?»

Потрясение, вызванное этим вопросом, было столь внезапным и настолько мощным, что у Дививвидива резко закружилась голова, и он утратил контроль над сознанием. На одно драгоценное мгновение он почти открыл для Кса доступ к сетям высшего мозга, и усилие, которое пришлось ему приложить, чтобы вновь закрыть сотни нервных окончаний, полностью вымотало его.

Использовав ритуал под названием «глаз урагана», чтобы восстановить спокойствие, он сказал:

«Кто говорил с тобой о Тросах?»

Кса несколько задержался с ответом, но потом все-таки произнес:

«Во всяком случае, не ты, Возлюбленный Создатель, да и вообще никто. Это понятие лишь недавно возникло вокруг меня. Оно постоянно повторяется в умах миллионов разумных существ, но стоящие за ним концепции слишком расплывчаты, чтобы уяснить их во всей полноте. Я знаю только, что это слово ассоциируется со страхом… с ужасной боязнью перестать существовать…»

«Тебе не о чем беспокоиться, – ответил Дививвидив, используя всю известную ему технику убеждения, чтобы придать лжи оттенок правдивости. – Это слово – не больше чем пустой звук. Корни его происхождения лежат в областях заблуждений человеческого мозга – в повреждении логических связей, так ты это называешь, – в метафизике, в религии, в предрассудках…»

«Но почему оно начало воздействовать и на мое сознание?»

«Не знаю. Причиной тому может быть какой-нибудь прилив, течение, умственная воронка. Ты беспокоишься о вещах, которые тебя абсолютно не касаются. Я приказываю тебе забыть об этом и сконцентрироваться на исполнении данного тебе задания».

«Слушаюсь, Возлюбленный Создатель».

В душе благодарный Кса за такую покладистость Дививвидив прервал телепатическую связь и поплыл к ближайшему шлюзу. Натягивая скафандр, который должен был уберечь его от холода внешнего пространства, он с некоторой тревогой размышлял над использованием Кса термина «Трос». Значит ли это, что способности Кса к непосредственной связи продолжают прогрессировать? Или на родной планете Дививвидива случилось нечто такое, от чего страх еще больше усилился и по всему окрестному космосу разлетелись соответствующие телепатические импульсы?

Дививвидив вошел в шлюз и закрыл внутренний затвор. Стоило ему распахнуть наружную дверь, как в лицо и в глаза впилась страшная стужа, а дышать стало настолько больно, что несколько секунд он просто-напросто бессильно задыхался. Перед ним раскинулись металлические площади станции, некоторые из них были покрыты плоскими и голыми пластинами, а на других возвышались всевозможные машинные комплексы. Далеко выдвинутая в залитый солнцем воздух антенна телепортационной установки представляла собой скопление тонких и причудливо изогнутых проволок, и периодические вспышки зеленых разрядов на их кончиках показывали, что в данный момент Кса подпитывается. За пределами угловатой глыбы станции разливалось море хрустально-белого сияния – тело Кса. Разросшееся до невозможных размеров, оно захватило полнебосвода.