Кэтрин Куртц - Высший Дерини

Оставленная врагом группа, очевидно, предназначалась для отвлекающих маневров, так как была слишком малочисленна, чтобы напасть на объединенную армию Гвинеда. Но такие акции были бы самоубийством, если, конечно, для защиты солдат не предназначалось колдовство.

Все эти мысли вихрем пронеслись в голове Келсона, и после некоторого размышления он вызвал к себе генерала Глодрута.

Глодрут после присоединения его группы, уцелевшей в резне при Ренгарте, к королевской армии стал ближайшим советником Келсона. Глодрут выслушал приказ короля относительно порядка дальнейшего перемещения войск и поехал исполнять его, а король тем временем решил, что пора посовещаться с Морганом.

Келсон нашел Моргана, едущим на белом коне впереди главной группы в сопровождении Нигеля, Дункана и епископа Кардиеля.

В данный момент Морган расспрашивал молодого перепуганного солдата, который, вероятно, только что вернулся из разведки. Неподалеку крутился небольшой отряд всадников, форма одежды и эмблемы которых были такими же, как и у допрашиваемого Морганом разведчика.

Морган был полностью поглощен полученным донесением, а Кардиель нервно перебирал поводья своей лошади. Только Нигель приветствовал Келсона, подъехавшего к ним.

Король поразился, увидев в руках Дункана окровавленные лохмотья боевого знамени с алыми розами и спящим Львом – эмблемой Мак Лейнов. Он посмотрел на Моргана, в его глазах застыл безмолвный вопрос.

– Я не могу сказать тебе, что случилось, мой король, – сказал Морган подъехав к Келсону. – Вероятно, на той стороне холма творится что-то неладное. Добо привез сюда это знамя, – он показал на шелк в руках Дункана, – но так испуган, что из него ничего нельзя выжать. Придется нам самим посмотреть.

– Ты думаешь, это ловушка? – Келсон снова бросил взгляд на знамя и вздрогнул. – Добо, что ты там видел?

В ответ на вопрос короля Добо стиснул поводья в руке и испуганно перекрестился.

– Боже, спаси их души. Сэр, я… я не могу об этом говорить, – прошептал он. Судорога сдавливала его горло. – Это отвратительно, сэр. Прикажите нам уезжать отсюда, пока еще не поздно. Нельзя сражаться с врагом, который способен на такое.

– Поехали, – сказал Морган, чтобы прекратить дальнейшие расспросы.

Он пришпорил коня и понесся вперед, сопровождаемый Келсоном, Дунканом и остальными. На вершине холма их поджидали Варин и два его помощника. С ними был и епископ Арлиан. Он, стоя в стременах, осматривал раскинувшуюся внизу долину.

Варин коротким кивком приветствовал подъехавших.

– Жуткое зрелище, сэр, – сказал он, указывая на долину. – Посмотрите, сколько здесь воронов и грифов. Они кружат над полем, а некоторые сидят на земле. Не нравится мне все это.

Келсон посмотрел в том же направлении и невольно вскрикнул.

Там, в полумиле от них, он увидел группу вооруженных людей, стоящих наготове. Люди отбрасывали на землю длинные зловещие тени. Их доспехи и в лучах солнца казались отлитыми из золота. Но люди эти были совершенно неподвижны. Над ними вилась туча птиц – пожирателей падали.

Еще больше гнусных стервятников облепили кусты, под которыми разведчики Келсона обнаружили другую группу вооруженных людей.

Нетрудно было представить, почему они вьются там, и Келсон опустил голову, стараясь отогнать подступившую к горлу тошноту.

– Это… это наши знамена? – спросил он.

Один из помощников Варина опустил голову.

– Кажется, да, сэр. Они… все мертвы, – голос его звучал глухо. Казалось, он сдерживает рыдания.

– Ну, хватит, – сказал Морган, беря командование в свои руки. – Поскольку Венсит оставил нам это жуткое послание, нам ничего не остается, как прочесть его. Нигель, дай указание, чтобы охрана следовала за нами.

Он вонзил шпоры в бока лошади и помчался вниз по склону. Дункан и епископы поскакали следом.

Келсон нерешительно посмотрел на Нигеля, который, казалось, ждал указаний короля, затем кивнул и поскакал догонять остальных. Варин ехал рядом с ним. Нигель повернулся и подозвал охрану.

Всадники летели вниз по склону, но, по мере приближения к жуткому месту, лошади замедляли бег. Их пугал стоящий в воздухе запах смерти.

Лошади испуганно шарахались, когда мимо них пролетали огромные черные птицы, оглушительно хлопая крыльями.

Да, страшна была участь тех, над кем кружили эти стервятники.

Они были одеты в голубые, серебряные и алые цвета – цвета Кернея и Кассана, и каждый из них был посажен на вбитый в землю дубовый кол. Некоторые, наименее защищенные доспехами, почти целиком стали добычей птиц. В воздухе стоял тошнотворный сладковатый запах тлена и разложения. Келсон стал белее, чем горделивое перо на его шлеме. Его спутники выглядели не лучше и молчали.