До ресторана едем почти молча. На подземной парковке, помогая вылезти из машины, Сашка аккуратно прижимает меня к себе.
– Веточка, ты задолжала поцелуй.
И, не дав мне возразить, целует. Поцелуй нежный, но вместе с тем требовательный. Саша не терпит возражений, и это меня пугает. Он хочет углубить поцелуй, но я все же отворачиваю лицо и слегка отталкиваю мужчину.
– Веточка, мы же не дети, – обижается он, но не отпускает меня из своих объятий.
– Саша, у нас семьи. Я не намерена изменять мужу и не хочу, чтобы ты изменял жене, во всяком случае со мной.
Он немного отстраняется и заглядывает внимательно в мои глаза, пытаясь там прочитать мои чувства.
– Ты действительно считаешь, что так будет правильно? – спрашивает он.
– Да, – отвечаю я, не отводя взгляда.
Я действительно так считаю, мне скрывать нечего.
Какие темные у него глаза, почти черные, и эта улыбка, такая обворожительная, легкая, почти невесомая. Чертовски обаятельный мужчина. Именно эта обаятельность меня пугает больше всего. Я перед ней почему-то всегда робею, несмотря на то, что старше его на шесть лет и не из робкого десятка.
– Пошли. Кушать очень хочется, – Саша целует меня на этот раз в щечку и выпускает из объятий, подхватив меня под руку.
Сев за столик и сделав заказ, я нахожу в себе силы нарушить молчание.
– Саша, может все-таки поговорим. Услышь меня, пожалуйста. Мне нечем платить Михайловичу. Я хорошо знаю его расценки, его мужики за копейки не работают. Это лучшие бригады и стоят они дорого. А благотворительно он не работает, даже для своих. Чтобы расплатиться с ним, я вынуждена буду взять кредит. Я и так на двух работах впахиваю плюс мелкая подработка, никакое сердце не выдержит, Саша.
– Веточка, я все понимаю. Но отделку квартиры будет делать бригада Олега, и это не обсуждается. Об оплате сейчас не думай. В январе он сможет сделать стяжку и, может быть, выравнивание стен, если успеет. Сама понимаешь, месяц короткий, заказов много. На это у тебя деньги есть?
– Да, на это хватит. Если материал не очень дорогой покупать, то хватит на всю предварительную отделку.
– Вот, уже хорошо. Дальше будет потом. И поговори с Вероникой, попроси ее помочь с дизайном квартиры. Она девочка умная, поможет.
Я хорошо знаю Нику. Она действительно девочка умная и сообразительная, поможет за символическую плату, уверенная в том, что шеф выплатит премию за эту помощь.
– Хорошо, – соглашаюсь я.
Приносят наш заказ, и мы принимаемся за обед, перебрасываясь лишь незначительными фразами.
После ресторана, выезжая на оживленный проспект, Сашка предлагает:
– Может ко мне? На чашечку кофе?
– Александр Николаевич, не начинай. Тебе женщина уже ответила, сказав свое «нет», – возмущаюсь я, хотя в душе улыбаюсь его настойчивости. Чертовски приятно, когда в твои пятьдесят, в тебе видят женщину. И не просто видят, но еще и побиваются.
– Женщины натуры ветреные. Сейчас «нет», через пять минут «да» и наоборот. Лучше лишний раз переспросить, – смеется он.
– Я не такая, – смеюсь в ответ и прошу. – Отвези меня домой. Устала, да и подумать нужно.
– Хорошо, Веточка, – соглашается он.
Немного не доезжая до моего дома, Сашка включает аварийку и останавливается на обочине.
– Веточка, в этом году мы не увидимся. Завтра с утра у меня пленарное, а послезавтра я улетаю домой. Прилечу числа 15 января. Михайлович завтра заедет за тобой, покажешь ему квартиру и передашь ключи. Он обо всем будет в курсе. Оплачивать будешь по факту выполнения работ и лично Михайловичу. Строительный материал он возьмет из сэкономленного. Тебе нужно будет покупать только чистовую отделку. Договорились?
– Саша, но мне…
Он прикладывает палец к моим губам.
– Михайлович благотворительностью не занимается, я – занимаюсь. Считай это благотворительностью. За нее платить не надо. Даже мне.
И снова эта улыбка и эти глаза… Сашка привлекает меня к себе и целует, снова нежно и настойчиво.
– Саша, не много поцелуев на сегодня?
– Веточка, ты же знаешь, что я хочу большего, но ты … против. А зря. Я хороший любовник, – он выключает аварийку и вклинивается в оживленный поток машин на проспекте.
– Не сомневаюсь. Но я сейчас не ищу любовника, – отвечаю я, немного помедлив, и, вдруг приняв эту ситуацию, решаю, почему бы и нет, но пусть это будет не он.
– Значит надежда есть, – смеется Сашка. – Открой бардачок и возьми красную коробочку. – Я послушно выполняю его просьбу-приказ. – Это подарок тебе на Новый год.
Читать дальше