Даниэла Стил - Наперекор судьбе

— Немедленно сними эту гадость и вымой руки. Ради бога, Аннабелл, ты когда-нибудь принесешь в дом инфекцию.

Через несколько минут Аннабелл вернулась уже без передника, в строгом черном платье, делавшем ее похожей на молодую монашку. Но ее лицо преобразилось, когда она с улыбкой обратилась к Джосайе.

— Сегодня замечательный день, — просто сказала она и вдруг заметила, что мать и Джосайя пьют шампанское. Как всегда, Аннабелл не упускала ни одной детали. — Шампанское? Вы что-то празднуете?

— Повышение Джосайи, — не моргнув глазом ответила мать. — Теперь он будет вести новые счета в банке. Я решила, что его следует поздравить. Выпьешь с нами?

Аннабелл кивнула.

Она сама сходила за бокалом, а затем от души поздравила Джосайю с повышением, хотя и не очень представляла себе, достойный ли это повод для поздравления. Дела отца и брата не вызывали у нее никакого интереса, они казались ей скучными не в пример медицине.

— Чем вы сегодня занимались в больнице? — осведомился Джосайя. Ему вдруг показалось, что Аннабелл уже стала его женой. Он ощущал нежность, но не мог позволить себе проявить ее.

— О, много всего было, — улыбнувшись, ответила она и сделала глоток шампанского. Аннабелл не представляла себе, что пьет за собственное будущее; Джосайя и Консуэло переглянулись понимающе. Сегодня эти двое стали заговорщиками. — Мне позволили присутствовать при обработке страшной раны!

— Молчи, иначе мне станет дурно, — воскликнула Консуэло. Аннабелл засмеялась и умолкла. — Рано или поздно тебе придется покончить с этим, — загадочно обронила Консуэло. — В один прекрасный день ты выйдешь замуж, и тогда уж тебе будет не до больниц и обработки ран.

— Ты же занимаешься этим до сих пор, — с улыбкой напомнила Аннабелл.

— Я лишь приношу еду пациентам куда более приличной больницы. А когда ты была маленькой, я не делала и этого.

— Не понимаю, почему замужним женщинам не следует заниматься этим, — пожала плечами Аннабелл. — Многие женщины имеют семьи и детей и продолжают помогать в больнице. А что, если я вообще не выйду замуж?! Откуда ты знаешь?

— И слышать подобного не желаю! — воскликнула мать и повернулась к Джосайе за поддержкой. Но он благоразумно промолчал, не смея выдать своих намерений. Консуэло тоже решила оставить неуместный спор. Она не сомневалась, что из Аннабелл получится прекрасная жена и мать. Девочка у нее добрая, терпеливая, она станет Джосайе идеальной женой.

Потом они заговорили о приближающейся свадьбе Горти. Подруга была так занята, что Аннабелл ее почти не видела. Джосайя сказал, что уже получил приглашение. Аннабелл же с грустью сказала, что не сможет быть на церемонии из-за траура. И тут мать удивила ее.

— Ты вполне можешь присутствовать на венчании, — сказала она. — Траур не запрещает людям ходить в церковь. Наверно, нам обеим следовало бы делать это чаще. Потом ты можешь вернуться домой и не идти на прием. По крайней мере, ты увидишь главное. В конце концов, она твоя самая давняя и самая близкая подруга. — «Которая, возможно, станет, замужней подружкой невесты на твоей свадьбе с Джосайей», — подумала Консуэло.

— Я буду счастлив сопровождать в церковь вас обеих, — предложил Миллбэнк, повернувшись к своей будущей невесте, которая не догадывалась о его мыслях. Первая возможность показаться с Аннабелл на людях будоражила его воображение.

— Вряд ли я смогу, — ответила Консуэло. Она еще не была готова к выходу. — Но мне будет очень приятно, если во время венчания вы будете рядом с Аннабелл.

— А вам? — прямо спросил Джосайя Аннабелл.

Девушка с улыбкой кивнула.

— Конечно, это будет чудесно! — В конце концов, там будут все ее друзья. Горти хотела, чтобы она стала подружкой невесты, но это было невозможно. Зато, по крайней мере, она будет присутствовать на свадьбе. Приехать в церковь с Джосайей — почти то же, что с Робертом. Брат часто сопровождал ее, когда они выезжали в гости или на приемы. Правда, до ее дебюта это были не настоящие приемы, а скорее вечеринки. А у Горти будет грандиозная свадьба — приглашено было восемьсот человек.

— Нужно будет найти тебе подходящее платье, — задумчиво сказала мать. Аннабелл требовалось черное платье, но ничего темного и одновременно нарядного у нее в гардеробе не было.

— Ой, это будет замечательно! — Аннабелл по-детски захлопала в ладоши, вызвав улыбку у матери и Джосайи.

— Теперь все будет замечательно, — с любовью посмотрев на дочь, пообещала Консуэло. Предложение Джосайи принесло ей огромное облегчение.