Юлия Григорова - Император. Кипение

– Что бы и для чего это ни было, денег я тебе на это не выделю. Можешь взять Кирилла, он проводит до магазина, вдруг сможешь выторговать в обмен на что-то другое, – подмигнув мне, она прекрасно знала, что продавать себя за канцелярские принадлежности я точно не буду. Когда женщина скрылась из виду, служанка поставила перед мной тарелку с порцией завтрака и стакан с водой.

– Ты поаккуратней с ней. Никакой принц тебя не защитит, если она выйдет из себя, – это предупреждение меня отрезвило. Рейнхард определенно точно не защитит, ведь его нет в столице, а значит, я совершенно беззащитна, и стоит управляющей борделем захотеть или узнать, что последствий не будет – и я стану рядовой шлюхой. Ощутив дрожь в руках от таких мыслей, благодарю служанку и заглатываю завтрак за минуту, почти не прожевывая его. Если Элла Эдуардовна поднимет цену, потянет ли Лорд Алистер ее? Ведь если он откажется или не хватит денег, что тогда будет? Договоренность с Рейнхардом будет нарушена, а значит, я снова буду в опасности.

– Простите, а нас вообще не выпускают из дома без сопровождения? – на всякий случай решила уточнить у служанки элементарную вещь, очень надеясь, что никто не подслушивает и беседа останется сугубо между нами. Даже не оторвавшись от мытья огромной кастрюли в маленькой раковине, старушка усмехнулась и отрицательно покачала головой. Пока я доедала жареную колбасу, запивая обычной, на вкус старой, водой, она выключила воду и краем глаза посмотрела в мою сторону, словно проверяя, не шучу ли я.

– Сбежать не выйдет, многие пробовали. За каждым выходом следят охранники, если выходит девушка, ее проверяют, кто это, служанка или работница. Вас не выпускают не только из-за страха побега, но и ради вашей же безопасности, – поежившись от ее слов, благодарно киваю в ответ. Я поняла главное – сбежать, правда, не выйдет, даже Лорд Алистер говорил, что у стен дома дежурят вышибалы. Закончив с завтраком, передаю старушке тарелку и отправляюсь на поиски некоего Кирилла. Несмотря на ситуацию, я дала себе слово обучить здешних детей, и пока есть возможность – должна сдержать его.

Кириллом оказался мужчина на две головы выше меня, мускулистого телосложения, совершенно лысый, без одного уха и с четырьмя пальцами на левой руке. Охранник возле двери, услышав имя, сразу показал на него, караулившего кого-то на углу здания. Завидев такого мужчину где-нибудь в городе, я бы постаралась перейти улицу, лишь бы не пересекаться с ним. Делать нечего, подавляю возникший в груди страх и обращаюсь к человеку с просьбой проводить до магазина с канцелярскими товарами. Улыбнувшись совершенно не свойственной такому человеку улыбкой, Кирилл кивнул, что-то крикнул охраннику у двери на незнакомом мне языке и махнул рукой. Тот прокричал ответный набор неизвестных слов, и мы двинулись вперед по улице.

Бордель стоял почти на самом краю города. Об этом свидетельствовал указатель на дороге в нескольких метрах сразу за зданием. Проезжая часть сейчас оказалась пуста, людей я почти не видела. Дома, по обе стороны дороги обветшалые, двухэтажные, не такие большие, как здание борделя. На каких-то висели вывески, поражая меня все сильнее. Мы прошлись вперед, до перекрестка и остановились на углу, прямо у входа в похожий на все домик с вывеской “книги”. Дверь скрипнула, когда Кирилл дернул ее на себя, а я с опаской переступила порог.

Оказавшись внутри, я попала в рай. Деревянные стеллажи стояли рядами и ломились от книг на любой вкус. На каждом из них даже висели таблички с указанием жанра или вида произведений. Что такое замечательное место делает на самой окраине города? Почему он не в центре, где куча людей каждый день могла бы зайти и приобрести себе книгу? Ответ пришел сам собой – кому сейчас нужны книги? Встряхнув головой, стараюсь не обращать внимания на такие притягательные обложки и корешки.

– Сюда, – кивнул головой Кирилл и свернул в проход между стеллажами, направляясь прямиком к прилавку. Последовав за ним, наблюдаю, как мужчина приветствует кого-то и пожимает ему руку, – вот, привел тебе покупательницу, – указав на меня, посмеялся он. Выйдя из-за стеллажей, я уставилась на человека по ту сторону деревянного прилавка. В ответ на меня смотрел один серый глаз и металлическая пластина на месте второго. Седые, местами русые волосы, свежая щетина. От осознания его личности, мне стало дурно. Да как такое вообще возможно? Мужчина сразу узнал меня и нахмурился, но при Кирилле ничего говорить не стал, а просто натянул добродушную улыбку.