Марина Снежная - Одержимая

Мельком отметила краем сознания, что большее удовольствие можно получить от осушения живого существа, если оно не будет меня бояться. Хотя сейчас не имело особого значения, насколько вкусной окажется добыча. Я была слишком голодна. Все вены в моем теле натягивались и ощущение было до крайности болезненным. Я казалась себе пустым сосудом, который жизненно необходимо наполнить.

Подошла к порогу вплотную и потянулась рукой к человеку. Тот, хоть и не видел меня, явно что-то почувствовал. Его сильнее бросило в пот, а сердце заколотилось еще чаще. Он нервно водил головой из стороны в сторону и что-то мычал. Рука наткнулась на невидимую преграду и я издала гневный рык. Человек дернулся от этого звука, попытался вырваться из захвата двух вампиров. Разумеется, у него не было ни шанса.

— Успокойся, Тея, — послышался невозмутимый голос Эрбина, которого я в этот момент почти ненавидела. Чувствовала, что именно он мешает мне немедленно получить то, что хочу. — Для начала ты должна научиться хоть немного себя контролировать. Это важно.

— Я… себя… контролирую… — едва шевеля распухшим от жажды языком, выдавила я. — Дайте мне его…

— Только после того, как будешь хорошей девочкой и выслушаешь меня внимательно, — безжалостно откликнулся Эрбин.

Пришлось подавить рвущийся наружу рык и сцепить зубы. Я опустила голову, всем видом демонстрируя покорность и зная, что предоставь мне такую возможность, я бы растерзала ненавистного вампира голыми руками.

— Для начала оденься, — проговорил Эрбин и мотнул головой в сторону Базианы.

Женщина протянула сверток с одеждой, легко преодолев преграду, которая оставалась неприступной для меня самой. Возникло сильное желание вцепиться в эту руку и не выпускать, пока не дадут требуемое.

— Если ты это сделаешь, на сегодня останешься голодной, — немедленно отреагировал Эрбин и я заскрежетала зубами.

Базиана напряженно смотрела на меня, продолжая улыбаться, но как-то натянуто. Я рывком схватила сверток и она тут же убрала руку. Боится! Мои губы тронула легкая усмешка. Воспринимает меня, как зверя, который в любой момент может вцепиться в глотку. И она права!

— Даже в таком состоянии ты не должна забывать о том, что ты разумное существо, которое должно уметь себя контролировать, — менторским тоном говорил со мной Эрбин, пока я поспешно одевалась.

Намеренно делала это у него на глазах, демонстрируя обнаженное тело. Знала, что он не останется к нему равнодушным. Но в этот раз наставник лучше владел собой и не поддавался на провокации. Смотрел только в мое лицо, не опускаясь ниже. Мог бы, конечно, и отвернуться, но понимаю, почему этого не сделал. Не доверял мне. Знал, что тогда я попытаюсь что-то сделать. Возможно, повлиять на испытывавшую ко мне дружеские чувства Базиану.

Платье показалось сковавшим тело панцирем. Оно мешало, вызывало сильное желание снова его сбросить. Но пришлось сдерживаться, зная, что Эрбин слов на ветер не бросает. Если не стану делать так, как он требует, уведет пленника. Наскоро расчесав пальцами распущенные волосы, с вызовом уставилась на наставника.

— Хорошая девочка, — с удовлетворением сказал он. — Теперь еще немного о правилах, которые ты должна соблюдать. Не причинять лишней боли людям, которых будут к тебе приводить. И не осушать их до конца. Ты должна научиться останавливаться до рокового момента, уметь почувствовать грань, за которую переходить не следует. Иначе мертвая кровь может слишком сильно изменить тебя. На этом этапе крайне важно не допускать подобного.

Ты ведь понимаешь, что все это я говорю только потому, что забочусь о том, чтобы все у тебя прошло как надо? Не воспринимай меня, как врага. Никто из нас не враг тебе.

— Я все поняла, — хмуро пробормотала я, чувствуя, как его слова скользят мимо, не задерживаясь в голове. Вернее, не так. В памяти четко отпечаталось каждое из них, запомнилось на уровне подсознания. Но сейчас я не была в состоянии осмыслить их, понять. Согласилась бы, наверное, со всем, что мне сказали, лишь бы, наконец, позволили взять то, что жаждала.

Эрбин с сомнением покачал головой и сдернул с головы человека мешок.

Я увидела расширенные от ужаса глаза грузного сурового мужчины с заткнутым кляпом ртом. Так вот почему с губ его срывалось лишь мычание. Вампиры, видать, не желали, чтобы крики жертвы по дороге сюда нарушили покой других домочадцев. Какие заботливые, однако! Я криво усмехнулась, не сводя глаз с моего сегодняшнего завтрака. В темноте он ничего не мог разглядеть и все время озирался. Кровь его снова приобрела насыщенный неприятный кисловатый запах и я поморщилась. Не могли человека хотя бы в транс ввести, чтобы он мало что понимал?