— Теперь вы понимаете перспективы работы со мной?
За собственными размышлениями я и не заметила, как мы успели добраться до самого верха.
— Простите, что вы сказали? — Я повернулась к Белому и очутилась лицом к лиману. С высоты птичьего полета все вокруг казалось нереально сказочным. Что, в принципе, и не было далеко от истины.
— Он сказал, Катерина, что ты теперь будешь его экзотической птичкой и жить будешь в золотой клетке. — Продублировал мои соображения Дворецкий. Василиса предусмотрительно молчала.
Дедушка был усажен прямо на землю, я разместилась недалеко от арки, рядом приземлилась Василиса. Антон медленно мерил шагами край обрыва.
— Если бы ты не отправил моих мальчиков обратно, мы бы могли сейчас устроить пикник, — Шагран сидел на корточках с другой стороны арки и теперь нас разделяли пара метров каменной плиты и направленное в нас дуло пистолета.
— Если бы ты позволил этим олухам увидеть это, — Дворецкий указал на каменную кладку, — жил бы ты недолго, но довольно счастливо.
— Это почему? — Шагран действительно удивился.
— Потому что осиротел бы.
Глаза Белого сверкнули огнем и он в мгновение ока оказался рядом в Дворецким — завязалась нешуточная драка. Удары и блоки сыпались один за другим, дорогой костюм Белого сразу разошелся по швам на спине и плечах. Дворецкий выворачивался из-под рук Шаграна черной скользкой рептилией. Красивый танец, так бы и смотрела до скончания веков.
— Побежали, — я дернула Васю за рукав, но та не шевельнулась.
— Куда?
— Домой.
— А как?
— У меня есть ключик, — я начинала злиться.
— Какой ключик?
— Кровь Антона, ну, давай уже!
— Зачем тебе кровь?
— Затем, — я уже силой пыталась поднять прилипшую к земле девушку, — что не обязательно быть рядом и держаться за руки. Достаточно ДНК другого, чтобы открыть проход.
Я шипела, злясь, что приходится терять драгоценное время на объяснения. Но зато объяснения помогли — Василиса вскочила на ноги.
Я помчалась вниз по лестнице.
— А! — Заорала девушка у меня за спиной. — Отпусти, придурок!
Я обернулась и выругалась — Вася лежала на земле и молотила ногой старика. Вторая нога была зажата в костлявой руке немощи. Откуда столько силы в этом умирающем?!
Я ринулась обратно по ступеням. С трудом и трехэтажным матом мне удалось освободить ногу девушки. Не теряя ни секунды, мы бросились наутек.
Нас остановил выстрел. Я замерла, испуганно обернулась — в проеме арки стоял Белый, направляя оружие на нас с Васей. Его все еще белоснежный костюм был хорошо виден на фоне черного неба.
— Возвращайтесь, хорошие мои, — попросил Шагран.
И нам пришлось подчиниться.
Недалеко от каменного исполина на земле сидел Дворецкий. Степень его избитости определить в темноте и на таком расстоянии было невозможно. Да и бесполезно — все равно скоро заживет. А вот разбитое вдребезги достоинство блестело осколками в молодой траве.
— Да-да, — Шагран проследил за моим взглядом, — и он тоже не всесилен.
Антон посмотрел мне в глаза. Жалость, удивление, разочарование и ни капли сочувствия.
— Когда папа вернет себе возможность говорить, думаю, он расскажет мне много интересного. Правда, папа? — Белый спрашивал у отца, а смотрел на меня.
Язык мой — враг мой.
— А теперь сидите тихо! Нам еще рассвет ждать.
8 мая.
До восхода я даже умудрилась вздремнуть. Василиса продолжала коситься на старикашку, Дворецкий крутил в зубах травинку.
К разрывам в синем полотне и наигранным сценам из жизни ареала все уже успели привыкнуть и не обращали на них внимания. Даже новоприбывшие гости.
— Подъем! — Скомандовал Белый.
Все нехотя встали. Антону снова пришлось брать на руки отца Шаграна.
— Какой из них? — Уточнил Белый, кивая на камни арки.
— Да любой, — Дворецкий был безразличен к происходящему, даже отвернулся.
Шагран достал из кармана небольшой пузырек с прозрачной жидкостью.
— Как удачно, что у нас с собой есть девственница, — сладко проворковал Белый, глядя на Василису.
Я поежилась от дыхнувшего от мужчины холода и непонимающе уставилась на него. Вася сделала неосторожный шаг назад, споткнулась и упала навзничь.
— Куда красавица? Иди сюда, ты будешь мне нужна, — Шагран наступал на девушку, а та пятилась назад, словно рак.
Я попыталась заступиться за Васю, но была отброшена, словно котенок.
— Пусти! Пусти меня, урод! Отпусти! Я не помогу! Я не девственница уже!
Читать дальше