Май закончился и настал июнь, а с ним и начало туристического сезона.
Соня с мужем и ребенком все чаще спускались к морю. Потому что от горячего песка, звука волн и домашнего лимонада Соня впадала в блаженную дрему. Она спала на берегу, потом вяло поднималась наверх и располагалась на террасе с видом на море. Потом снова спускалась к морю и плавала, плавала, плавала в чудесной аквамариновой воде, вдыхая ее неповторимый аромат. Море словно переселилось ей в кровь. Оно ласкало и баюкало. Оно обнимало и выталкивало на гребень больших, протяжных волн.
Клод плавал с ней, но только тогда, когда с ними на берег спускались Лиля с Мишей. Потому что Фредик настолько полюбил плавать, нырять и бултыхаться с мячиком у берега, что рвался вдаль. А этого родители допустить не могли.
Но на этот раз Клод не дал Соне заплыть далеко. Он встал на ноги и стал кружить Соню по воде, как на карусели, целуя на каждом обороте.
– Дай мне поплыть, – счастливо смеялась Соня, – голова кружится от поцелуев.
И они улеглись на волны. Клод плыл профессионально, а Соня держалась на воде, раздвигая ее руками перед животом.
– Как я рада, что мы купили этот дом, – сказала Софья, перевернувшись на спину и глядя в безоблачное небо. – Я словно плыву по воздуху – так мне легко и хорошо.
– И мне, – сказал Клод и поднырнул под Соню, задев ее спину своей.
– О, ты сегодня дельфин. А у нас в одной песне поется: дельфин и русалка, они, если честно, не пара, не пара, не пара.
– Мы и правда уже не пара. Мы – великолепная четверка.
– Как это?! – насторожилась Соня, заревновав.
– Да так. Нас – двое. У тебя в животе еще двое. Да еще пятый наш – на берегу.
– Тогда уж семерка. Ведь еще Роберт с Робертой. То есть по-русски – классическая семья. Семь таких, как я. Так у нас расшифровывается то, что у вас «фэмили».
– Пошли домой пельмени есть. Мама на всю ораву налепила, – сказала Соня. Она называла Роберту «мама», а Роберта все же по имени. Но каждый раз, произнося заветное слово «мама», она понимала, как долго этого не делала. А что если ее близнецам станет мамой называть некого? Но эта грустная мысль не задерживалась в климате блаженства и ускользала так же быстро, как и мелькала.
В саду тоже было хорошо, но до гамака Соня не доходила – плелась сразу в прохладу дома, в «облако» дивана. А потом, вечером, когда все смотрели телевизор и пили вино на террасе, дописывала книгу «Астролюдия». А Клод в своем кабинете сбрасывал в компьютер записи волн, звуки плавания с датчиков, обрабатывал в программе, установленной Владом, и дописывал мелодию до безусловно гармоничной и ритмичной. Плоды своих трудов они хотели обнародовать в августе, когда близнецы родятся и все друзья соберутся на праздник.
Но вот в полнолуние в середине июня Соня после любви с мужем пошла на кухню попить воды и вышла со стаканом на крыльцо. Тени от полной Луны сделали сад словно бы полным кружевных теней. Коты шуршали в траве, охотясь на птиц. И было так красиво и ароматно, что Соня накинула на себя сухое полотенце из туалета внизу, возле кухни, поверх ночной сорочки и пошла покачаться в гамаке.
Она уселась, потом улеглась осторожно. И начала медленно раскачиваться. Деревья поскрипывали уютно, словно пели ей колыбельную. Лицо Луны сияло сквозь ветки. И вдруг, когда Соня раскачалась уже дольно сильно, раздался сильный хруст, и последовал удар. Она упала спиной на землю с ускорением. И ее просто оглушила страшная боль. Прибежала и залаяла, а потом завыла собака, выросшая из их дворового щенка. Она помчалась к дому – звать на помощь, буквально с рычанием прыгая на дверь.
– Вот он, конец, – простонала Соня. Она лежала, боясь пошевелиться в страхе, что сломала позвоночник. Постепенно сильная боль ослабела, но заполнила ее всю без остатка. На какой-то момент она потеряла сознание, но быстро очнулась от мысли, что надо что-то делать, чтобы успели спасти детей. Семимесячных выхаживают. Она стала со стонами и вскриками выползать из сетей гамака.
Соня села, подтянувшись к стволу дерева сзади. Боль была острой и горячей. Она рвала на части.
На неистовый лай собаки первым из дома выскочил Роберт, за ним спустился Клод. Пес прыгал на них и, оглядываясь, будто звал их за собой вглубь сада, побежал туда с лаем.
Оба встревоженные мужчины кинулись вслед за собакой. Не тот это был пес, чтобы зря брехать.
Соня, услышав приближающиеся шаги, стал звать на помощь. Она заплакала, когда ее поднимали с земли. Клод взял ее на руки и понес молча.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу