Энн Уил - Медовый месяц в пустыне

- Да, он отличный парень, - согласился Алекс. Я не буду строгим отчимом, но не позволю ему грубить тебе. Знаешь, может, ему будет легче уехать отсюда, если мы отправимся все вместе?

- Вместе? Но я еще слишком мало работаю, чтобы просить принца об отпуске.

- Я попрошу за тебя. Керси мне не откажет, тем более если я скажу, что хочу представить тебя своим родителям.

- Наверное, тебе стоило сделать это перед свадьбой, - нахмурилась Николь. - Уверена, их удивит столь спешное бракосочетание.

Алекс обхватил ее лицо ладонями.

- Мне не терпелось заполучить тебя. -Его глаза горели желанием, когда он запустил пальцы в густые волосы Николь, потом наклонил голову и жадно поцеловал ее. - Ты ведь отказалась бы переспать со мной, если бы мы не были женаты? прошептал он прямо ей в ухо.

- Не знаю. Ты меня не спрашивал.

- А сейчас мне и не нужно спрашивать. Достаточно просто сделать вот так...

Алекс говорил, расстегивая пуговицы на блузке Николь, отбрасывая ее, а затем и бюстгальтер в сторону. Николь закрыла глаза и отдалась его нежным рукам и губам. Когда они оставались наедине, он мог делать все, что хотел, и это было как раз тем, чего хотела она сама. Николь и в голову не приходило сопротивляться ему.

Но потом, засыпая, она сотни раз мучилась мыслью, что Алекс так страстно занимался с ней любовью только потому, что у него давно не было женщин. В этом свете его желание казалось уже менее романтичным.

Глава 8

Когда самолет приземлился в столице Шотландии, в аэропорту их встречали родители Алекса, к которым следовало обращаться "мистер и мадам Страфален".

- Ты не волнуйся, - говорил Алекс Николь. Они очень милые люди.

Вообще-то Николь редко волновалась, она всегда умела держать себя в руках. Но сейчас ей было нелегко, потому что ее жизнь и жизнь этой семьи были кардинально противоположны.

Как воспримут ее родители Алекса?

Даже если бы Николь приехала одна, она без труда узнала бы отца и мать Алекса. Отец и сын были очень похожи: одинакового роста, крепкого телосложения. У мистера Страфалена были такие же густые волосы, правда уже седые.

Мадам Страфален, тоже седая и высокая, обнялась с сыном. Николь и Дэн пока стояли в стороне. Потом Алекс повернулся и представил их своим родителям.

- Это моя жена, Николь. А это мой пасынок, Дэн.

- Мы так давно ждали этого момента. - Тепло улыбаясь, мать Алекса пожала руку Николь. Привет, Дэн. - Она подала руку и ему. Потом ее муж обменялся рукопожатиями с ними обоими.

Они оказались не из тех, кто сразу же бросается целовать незнакомых людей, пусть даже новоиспеченных родственников, что Николь сразу же оценила. Она не любила слащавых сцен с объятиями и поцелуями. Это как раз ей очень не нравилось в Розмари, которая бурно выражала свои чувства при встрече, измазывая знакомых помадой, а дома высказывалась обо всех весьма нелестно.

У Страфаленов был большой старомодный "бентли".

- Вы должны сесть со мной, Николь, - сказал мистер Страфален.

Николь больше привыкла к тому, что мужчины садились на передние сиденья, оставляя женщин болтать о своем. Николь казалось, что она бы чувствовала себя уютнее со своей свекровью, чем со строгим главой семейства, продолжателем целого рода. Но она волновалась напрасно. Страфален говорил большей частью сам, рассказывал о местах, по которым они проезжали, вспоминал о том, как он путешествовал по свету во времена своей молодости.

Примерно через час машина остановилась, и их глазам открылся великолепный дом. Хотя скорее его можно было назвать замком. Он выглядел еще более впечатляюще, чем Николь представляла его по рассказам Алекса.

К огромному восторгу Дэна, ему отвели комнату в одной из башен, ту самую комнату, где спал Алекс, когда был маленьким.

После обеда Алекс повел Николь и Дэна показывать им дом и окрестности. Дэна особенно впечатлил рассказ о том, что в старой части замка раньше была темница, где заключенные отбывали наказание в положении стоя.

Для Николь это было печальным напоминанием о кровавом прошлом. Ее больше привлекали накидки и покрывала ручной работы, вышитые женами и дочерьми рода Страфаленов за долгие годы.

Когда они гуляли по саду, небо быстро потемнело, набежали тучи и пошел дождь. Вскоре сгустились сумерки, и стало совсем темно. Все трое вернулись в дом.

Николь оставила Алекса и Дэна в комнате, которая теперь опять стала детской, и пошла принимать душ, чтобы потом снова присоединиться к свекрови и свекру.