Луанн Райс - Потанцуй со мной

— Я, — начала она, когда он опустил ее на кровать, — очень давно ничем таким не занималась…

— Я тоже.

Они лежали рядом, положив головы на одну подушку. Джейн медленно повернула голову. Она хотела все видеть и читать каждую мысль в его глазах. Он снова поцеловал ее, притягивая к себе, ей было щекотно от волос у него на груди, но она чувствовала себя необыкновенно сексуальной и не могла не улыбнуться в ответ. Дилан поглаживал рукой ее бок, дотрагивался до ее ног. Она дрожала, но делала то же самое. Джейн нашла на ощупь его шрам и приподнялась на локтях, чтобы сначала взглянуть, а потом поцеловать его.

Он был твердым и шершавым, как кусок каната. Вниз, вплоть до его колена шли стежки, которые удерживали вместе его кость и мышечные ткани.

— Здесь в тебя попала пуля, — прошептала она, чувствуя дыхание смерти.

— Да.

— Слава богу, что ты не погиб, — сказала она.

— Если честно, — ответил мужчина, — я, можно сказать, был уже мертв, когда это случилось. — Он погладил ее лицо. — Я перестал верить в любовь задолго до этого. И я не верил в нее вплоть до этой весны.

— А теперь веришь? — Джейн поцеловала его в шею.

— Да. — И он снова стал целовать ее.

Кажется, он решил заставить поверить и ее тоже. Он ласкал каждый сантиметр ее тела. Она чувствовала на коже его горячие губы. Она испытывала такие необыкновенные чувства впервые со времен своей молодости. Она выгибалась под его нежными прикосновениями, ей хотелось большего.

Дилан провел рукой у нее между ног, и ей казалось, что она такая же жаркая и влажная, как сад, а протянув руку вниз, она обнаружила, что он тверже, чем можно было представить. Их глаза встретились, и она не могла и не хотела отвести взгляд, и он вошел в нее.

Она закусила губу. Слезы наполнили ее глаза, она чувствовала себя связанной с ним, физически неразделимой. Их сердца соприкасались. Она потянулась вверх и дотронулась до его щеки дрожащими пальцами.

— Джейн, ты не знаешь… — сказал он, — я никогда раньше ничего похожего не чувствовал…

— Знаю, — прошептала она, ощущая его так глубоко в себе. — Я тоже…

Их тела жили собственной жизнью, они горели в огне. Джейн закрыла глаза, ухватилась за решетки кровати. В открытое окно дул прохладный ветер, остужая ее кожу, заставляя ее выгибать спину, чтобы оставаться поближе к нему.

Она не выдерживала этого странного потрясающего чувства внутри нее — всю жизнь она сдерживалась, хранила любовь в себе — и он тоже не мог сдержаться, они оба испытали оргазм одновременно, когда звезды затанцевали в ветках деревьев у окна, и белые занавески медленно и мягко колыхались от вечернего ветерка.

Пораженная и уставшая, но такая заполненная, Джейн откинулась на подушку. Она видела свет, если закрывала глаза. Это были звезды или что-то еще? Дилан был здесь, рядом с ней. Он дотронулся до ее лица. Его губы шевелились, он шептал что-то, и она услышала:

— Я говорил, что мне надо тебе кое-что сказать… Я люблю тебя, Джейн. Вот что я хотел сказать… хотел сказать тебе.

Джейн взяла его руку и поцеловала пальцы. У нее кружилась голова от эмоций и наслаждения, разумные мысли оставили ее. Правда про Хлоэ рвалась наружу, но она не могла ничего с этим поделать.

Ей надо поспать.

Ей снились разные сны. Она видела сад, звезды на небе, открытое окно чердака Хлоэ, на чердаке на полках лежали звезды… и звезды оживали… они становились танцующими девочками… Хлоэ и Изабелл… И Джейн видела их всех вместе, за столом, Джейн и Дилан, Хлоэ и Изабелл… И она чувствовала, что он целует ее в губы и дотрагивается до ее шеи… ей снились его глаза, когда девочки спрашивали насчет медальона, он думал, что она не заметила… он боялся, что она носит с собой фотографию другого мужчины, так близко к своему сердцу… но это не мужчина, и она так хотела рассказать ему… это вовсе не мужчина, вот что мне надо тебе сказать… это моя дочь… Это…

— Хлоэ! — воскликнул он.

Джейн проснулась, лежа в кровати Дилана Чэдвика, и увидела, что он сидит рядом с ней, держа в руке ее открытый медальон (цепочка по-прежнему оставалась у нее на шее), и рассматривает фотографию шестнадцатилетней давности.

— Дилан, — прошептала она, отстраняясь, сжимая в руке открытый медальон.

— Откуда у тебя фотография маленькой Хлоэ? — спросил он серьезным, чужим голосом.

Джейн не могла говорить. Она еще не совсем проснулась и была расслаблена после ночи любви. Он одолжил ей футболку, и она пахла им, их телами. Господи, почему она позволила уговорить себя и не рассказала все сразу? Он облокотился на локоть и выпрямился, глядя на нее сверху вниз. Его глаза в темноте светились зеленым; где-то в саду ухнула сова, отправляясь на охоту.