Сара Билстон - Постельный режим

Съела сэндвич с ветчиной, чипсы и банан, которые час назад оставил Том, и вот уже двадцать минут с надеждой поджидаю Брианну. Но похоже…

Слава богу, Брианна объявилась — как раз когда я была готова совершить харакири от голода и скуки. А Брианна, оказывается, не так проста. Сегодня она притащила из кулинарии целое блюдо лапши с сахарным горошком, а из немецкого гастронома за углом — кекс, пакет марципанных шариков и коробку изумительного печенья (бисквит тонкий, чуть маслянистый и хрустящий, с кусочками белого, темного и молочного шоколада).

И как повелось, в расплату за гастрономическую щедрость — тридцать пять минут рассусоливаний на тему Женатого мужчины. Дело приобретает все более дурной оборот. У Женатого мужчины (ЖМ) и Замужней женщины (ЗЖ) двое детей, и ЗЖ только что объявила ЖМ, что беременна третьим. Брианна считает это хитрым ходом со стороны жены. «Забудь про жену, — подумала я про себя. — Может статься, хитрит как раз ЖМ…» Разумеется, парню пришлось объяснять, каким образом женщина, до которой ему «противно дотрагиваться», забеременела. Брианне он заявил, что все произошло случайно и довольно давно, несколько месяцев назад, когда его тесть свалился с сердечным приступом. Так, так… Доводилось ли нам прежде слышать о сердечном приступе папы ЗЖ? А об ее неутешном горе и, как следствие, острой потребности в сексе? Нет, не доводилось. Но Брианне до лампочки. Проглотила все как есть — с наживкой, удочкой, крючком и грузилом. Парень-то, надо признать, не промах, знает свое дело: отыскал единственную женщину во всем Нью-Йорке, которая еще не слыхала этой песни, и пудрит бедняжке мозги на всю катушку. К несчастью, чем ближе мы сходимся с Брианной, тем больше нескромных подробностей она на меня вываливает. А потому теперь мне известно, что:

• он обожает, когда она напяливает алое бархатное бюстье, черный пояс и чулки в сеточку («Моя жена всегда так стесняется…»);

• его любимая забава: она одевается как шлюха (ну вы понимаете, как шлюха, которая носит красное бархатное бюстье), а он, проезжая мимо, будто бы «снимает» ее;

• она в общем-то не против и дальше ублажать его вышеозначенным способом, однако у нее имеются серьезные опасения («Кью, меня же могут арестовать !»);

• жена постоянно издевается над его дряблым телом и растущим брюшком, а Брианна дает ему почувствовать себя Настоящим мужчиной (ха!).

Брианна излагает, а я знай себе заглатываю лапшу и с деланным интересом внимаю ее россказням. Хотя кому я вру — история ее сексуальной жизни к этому времени уже занимает меня не на шутку. Мое-то алое бархатное бюстье давным-давно затерялось в глубинах ящика с носками, а наше с Томом воображение не идет дальше домика где-нибудь в пригороде, с тремя спальнями, приличным садиком и плитой «Викинг».

Короче, вы поняли — когда Брианна отправилась назад в контору, я проводила ее чуть не с сожалением. Она, может, не семи пядей во лбу, но не в пример занимательней четырех стен нашей желтенькой гостиной.

Мне этого не вынести, ни за что не вынести! В шесть утра я проснулась от звука захлопнувшейся двери — Том ушел на работу, — и тихая паника начала овладевать мной. Страх тошнотой подступил к горлу, я едва не задохнулась. Еще один день — здесь, в полном одиночестве, потом еще один день, и еще, еще, и так дальше, дальше, все три месяца (тринадцать недель, девяносто один день, две тысячи сто восемьдесят четыре часа, сто тридцать одна тысяча сорок минут…).

Я пропущу целое время года. Сейчас февраль, стало быть, вся весна пройдет без меня. Здешняя весна не бог весть что, с английской не сравнить (в Оксфорде теперь нарциссы вылезли, ватаги лиловых и желтых крокусов толпятся вокруг деревьев в Тринити-парке), и все равно жаль упустить время пробуждения и обновления, первый теплый денек, первый проблеск свежей зелени из-под пожухлой травы.

Мне одиноко. Скучно. Страшно. Есть хочется.

Буду учиться вязать. Набрала в поисковой строке Интернета слово «шерсть» и отыскала один манхэттенский магазинчик, у которого есть собственный сайт. Заказала пять клубков чего-то светло-голубого под названием «детский кашемирчик». Подумав, заказала две пары бамбуковых спиц и книжку «Вязание для начинающих». И под конец еще стильную корзинку для вязанья в розовую и темно-серую полоску и такой же футляр для спиц. Все очень, очень в духе 50-х.