Рози Томас - Скверные девчонки. Книга 1

«Если бы хоть что-то здесь было настоящим», — с тоской подумала Джулия. Ей казалось, что одежда придает ей гротескный вид, а огромные серьги слишком оттягивали мочки. Ноги замерзли, а большая собака, отвратительно лохматая и черная, что есть силы дергала свой поводок, украшенный поддельными драгоценностями. Недовольство фотографа, седовласого и изысканного, уже пробивалось из-под его очарования, а его помощник и редактор журнала мод были в отчаянии. На лицо Джулии наложили столько грима и макияжа, что она не могла представить, насколько похожа сама на себя. Правда, увидев себя в зеркале, она решила, что выглядит неплохо.

— Хорошо, продолжайте идти, еще раз, величественнее! — жужжал фотограф.

Джулия вторую неделю работала фотомоделью, и сейчас была ее третья съемка. Ее друг фотограф, как ни странно, сдержал свое обещание и сделал несколько фотографий, которые затем отправил в агентство. К величайшему изумлению Джулии, ее взяли на работу.

— Выглядите вы потрясающе, в лице видна порода. Лишнего веса нет, — сказали ей в агентстве моделей. — Конечно, вы совсем неопытны, но со временем это пройдет. Хотите испытать судьбу?

Был февраль, на редкость холодный и сырой. Мэтти была занята в «Еще одном дне» и все свое свободное время посвящала Джимми Проффиту. Неожиданно, за один вечер, они стали золотой парочкой, и если на обложке журнала не красовалось лицо Джимми, то там определенно была Мэтти.

Феликс поступил на работу в «Трессидер дизайнз». Джордж взял его с черного хода в офисы дизайнеров, а Джулия так и осталась на старом месте.

— Да, — сказала она в агентстве моделей. — Конечно, я хочу попробовать.

Джулия поставила Джорджа в известность и начала готовиться к взлету собственной карьеры. Прошло только десять дней с тех пор, как она сидела дома, ожидая звонка из агентства, десять дней съемок, во время которых она каждую секунду мечтала вернуться назад, в квартиру, поскольку поняла, что успех был иллюзией.

Она хорошо позировала первому фотографу. Но он был ее другом, и все было всего лишь игрой, шуткой. Она важно ходила и принимала различные позы, с удовольствием думая при этом: «Как только все закончится, он перестанет донимать меня». Но когда это превратилось в настоящую работу, Джулия почувствовала разницу. Она терялась под изучающими критическими взглядами, хотя и не раз говорила себе, что не нужно обращать на них внимания. Объектив камеры замораживал ее своим холодным рыбьим глазом.

— Хорошее лицо, — услышала она мнение одного из фотографов. — Но она прямая, как доска.

Джулии попеременно хотелось то плакать, то смеяться. Модная одежда казалась ей смешной. Джулия не испытывала счастья от прикосновения к ней и предпочитала самую обычную одежду, купленную в маленьком магазине «Базар». Увы, «Базар» не нанимал моделей, да и одежда оттуда едва ли могла быть выставлена в шикарных магазинах. Все рушилось, и Джулии хотелось плакать. Она ненавидела неудачу, а сейчас сама становилась неудачницей.

— Куда вы идете? — заорал раздраженный фотограф.

Джулия не собиралась никуда идти, но собака увидела вдалеке ирландского сеттера и рванулась туда, увлекая Джулию следом. Затем собака остановилась как вкопанная и была уже не в состоянии сдержать свою злость. Она растопырила лапы, хвост ее дрожал. Джулия наткнулась на нее, покачнулась и, потеряв равновесие, упала. Собака залаяла и умчалась прочь, волоча за собой сверкающую змейку поводка. Грязные комья облепили икры Джулии и пропитали юбку, которая сковывала движения. Она могла представить лица присутствующих, но только представить, потому что повернуться, к ним в этой одежде не могла. Кое-как Джулия села.

Ей казалось, что прошло много времени, прежде чем кто-то поднял ее и поставил на ноги. Ее чулки были порваны в клочья, в модельных туфлях хлюпала вода.

— О, дорогая, — воскликнула девица из журнала, затем обратилась к фотографу: — Вы что-нибудь здесь сняли?

— Да, кое-что. Один или два кадра, — последовал мрачный ответ.

— Что ж, придется использовать то, что мы успели снять. На сегодня все, Джулия.

Все взволнованно изучали испорченную одежду, как будто она имела гораздо больше значения, чем Джулия.

Когда ноги высохли и она надела туфли, фотограф сказал:

— Вот и все. Не унывай, детка!

— Я просто вне себя от радости, — сказала Джулия с достоинством. — Просто я ненавижу собак.

Он нервно сморщил губы и поднял брови, напомнив ей Джорджа.