Бадри Хаметдин - Счастье Феридэ

— Слушаюсь! — полетело ему в спину.

— Ваш начальник? — поинтересовался Ихсан, указывая на захлопнувшуюся дверь.

— Заместитель, — стряхнув с себя строгость, ответил дежурный.

— А начальник где?

— В отпуске… Хотя вам-то какая разница? — Полицейский устремил свой взгляд на посетителя и, не скрывая любопытства, спросил: — Так жена, говорите, пропала?

— Я, пожалуй, пойду, — вместо ответа объявил майор и направился к двери заместителя.

Резко дернув за ручку, Ихсан вошел в кабинет.

— Здравствуйте.

Лысый оторвал взгляд от висевшего на стене портрета и с удивлением, словно увидев в первый раз, посмотрел на посетителя.

— Вы ко мне?

Ихсан пожал плечами.

— Только что вы сами попросили меня зайти.

— Ах, да-а-а… — потер лоснящийся лоб заместитель. — Кажется, у вас кто-то пропал…

— Жена, — коротко ответил майор.

— Убежала?

— Нет. Три недели назад она отправилась в Варну, и с тех пор я не получал от нее никаких известий.

— Понятно-попятно… — протянул капитан. — И чего же вы хотите от нас?

— Уместный вопрос для данной ситуации, — саркастично заметил Ихсан. — Я хотел бы узнать, не значится ли жена в списках погибших или потерпевших.

— Волнуетесь? — усмехнулся капитан.

— Да.

Заместитель достал толстую папку и, открыв ее, спросил:

— Как ее зовут?

— Феридэ.

— Не болгарское имя.

— Она из Стамбула.

— А вы?

— Тоже.

— Турки, значит?

— Угадали.

— Так-так-так… — нараспев произнес лысый, перекладывая бумаги. — Феридэ-Феридэ-Феридэ… Нет такой. Значит, ваша жена жива.

— Три дня назад в лесу под Варной нашли женщину… — сам, не зная почему, вдруг вспомнил майор о рассказанном дежурным происшествии.

— А вы откуда знаете? — удивился заместитель.

Ихсан промолчал, не желая выдавать болтливого полицейского. Не дождавшись ответа, лысый напустил па себя серьезный вид и заявил:

— По этому делу идет расследование, и пока оно не будет закончено, я не могу вам ничего сказать.

— Но хотя бы приметы… — взмолился Ихсан.

— Давайте сделаем иначе, — предложил заместитель. — Вы назовете приметы своей жены, а я скажу, похожа та женщина на нее или нет. Согласны?

Кивнув головой, молодой майор начал перечислять:

— Невысокого роста, черные длинные волосы, карие глаза, одета в…

— Достаточно, — перебил его заместитель и, выдвинув ящик стола, достал из него тоненькую папку. — А теперь посмотрим, что у нас.

Затаив дыхание, Ихсан стал ждать приговора. Заместитель выбрал из папки несколько бумажек и, прищурившись, посмотрел в них.

— Так… Травма черепа от тяжелого крутого предмета… Извините, не то… Ах, вот: рост ниже среднего, круглое лицо, черные волосы, карие глаза.

Сам не ожидая такого совпадения, полицейский застыл в изумлении. Ихсан побледнел, не в силах произнести ни единого слова. Немая сцена продолжалась минуты две. Наконец, почувствовав, что способен говорить, Ихсан попросил:

— Я могу взглянуть на нее?

Полицейский развел руками:

— Мне жаль, но вы опоздали. Вчера ее закопали. Однако вы можете наведать могилу, поставить памятник, а если получите разрешение в министерстве, то даже перевезти ее прах в Турцию.

Ихсану стало не по себе. Заметив, что посетитель готов лишиться чувств, заместитель заведующего взял стакан и, налив в него из графина воды, протянул молодому человеку.

— Я понимаю, как тяжело смириться с этим…

Ихсан взял стакан и, немного отпив, поставил на стол.

Тем временем капитан раскрыл тонкую папку и, нащупав на столе карандаш, произнес:

— Не примите за оскорбление, но не могли бы вы ответить на несколько вопросов. Это формальности, однако они необходимы для дела…

Ихсан молчал. В его душе словно что-то надломилось, мир потерял всякий смысл, и в одно мгновение исчезли добро и зло, любовь и ненависть, даже сидевший напротив капитан казался таким неестественным…

— У меня к вам несколько вопросов, — повторил заместитель. — Вы меня слышите?

— Да-да, — очнулся вдруг Ихсан и машинально закивал головой. — Как вам будет угодно…

Полицейский приступил к допросу.

— Значит, вы говорите, что до происшествия жили в Стамбуле?

— Да.

Капитан быстро что-то записал.

— Как зовут?

— Ихсан.

Закашлявшись, лысый сказал:

— Я у вас спрашиваю, как зовут жену?

— Феридэ.

— Сколько ей было лет до убийства?

— Двадцать шесть…

— Сколько? — словно не поверив своим ушам, повторил вопрос капитан.