Деннис Робинс - Невеста рока. Книга вторая

Там, наверху, под одной из расшатанных досок и был ее тайник, где она прятала шкатулку, которая с каждой неделей становилась все тяжелее от золотых гиней, добавляемых туда миссис Динглефут.

Теперь, когда она узнала о смерти Сен-Шевиота и поняла, что Гарри Роддни может призвать ее к ответу за жестокость по отношению к молодой хозяйке, она бросилась спасать свои сбережения. Ей надо было срочно сбежать.

Прихватив маленькую масляную лампу, она поспешила по тусклому заброшенному коридору к дверце, соединяющей замок с башней.

Тяжело дыша и обливаясь потом, миссис Д. поднялась по винтовой лестнице, вошла в студию и опустилась на корточки. Приподняв расшатавшуюся доску, извлекла свои сокровища. Ее глаза победоносно сверкали. Все было на месте. Теперь она сможет спокойно и вольготно жить на эти деньги, так ловко украденные у бывшего хозяина. Тут ей пришло в голову, что, наверно, она сможет прихватить и два-три бриллианта, которые Сен-Шевиот с обычной для него беспечностью иногда просто оставлял в ящике комода. Он намеревался подарить некоторые камни своей второй жене. Но глупенькая, легкомысленная Джорджиана никогда уже не станет леди Сен-Шевиот, злорадно подумала миссис Д. Хозяин Кадлингтона лежал мертвым, а наследников у него не было. «Это конец», — думала миссис Д., пока спускалась вниз, пытаясь выжать из своих глаз слезу, для чего хлопала редкими ресницами.

В одной руке она держала лампу, а в другой — шкатулку, и поэтому не могла держаться за перила. В спешке домоправительница угодила каблуком в дырку в полу, проеденную крысами. Миссис Д. зашаталась и с диким воплем покатилась по ступенькам, ударяясь головой. Шкатулка выпала у нее из рук и кувыркалась впереди нее. Лампа разбилась, и масло тут же загорелось. В одну секунду сухая древесина, из которой была сколочена узкая лестница, вспыхнула.

Когда спустя некоторое время миссис Д. пришла в сознание, она оказалась в кромешном аду. Удушающий дым распространялся вокруг, в ушах у миссис Д. стоял треск горящего дерева.

Отчаянный крик вырвался из ее горла, но закончился невнятным стоном. Вся башня была охвачена огнем. А она, миссис Д., не могла сдвинуться с места, будто прикованная к горящей лестнице, потому что, падая, сломала обе ноги. Вскоре она уже не могла и дышать. В ужасающем рокоте усиливающегося пламени ее голоса и жалобных стенаний не услышал никто. Когда пламя охватило ее лицо и волосы, Матильда Динглефут издала свой последний пронзительный крик. Казалось, вся жестокость и злоба, которые она обрушивала на других, теперь ополчились на нее самое. И еще ей показалось, что перед ней промелькнуло бледное прелестное лицо с фиалковыми глазами, полными муки и отчаяния. Ей показалось, что Флер Сен-Шевиот, которую юной женой привезли в замок, сейчас стояла перед ней, сжав руки, глядела на нее с укором и наблюдала, вслух взывая к мести.

— Сжальтесь… Сжальтесь! — завопила миссис Динглефут, извиваясь от боли в огненном аду. Но тут с потолка сорвалась горящая балка и рухнула ей на голову, придавив ее всей своей тяжестью. И миссис Д. провалилась в небытие. Она больше ничего не чувствовала. Зловещие языки пламени окутали ее жирное бесформенное тело и уничтожили его.

Позже, когда башня догорела дотла, прибывшие уборщики обнаружили искореженную шкатулку, набитую золотыми монетами. Однако женщину, хранившую эту шкатулку и ставшую причиной страданий множества людей, так и не нашли. Ибо от нее осталась лишь маленькая горстка обуглившихся костей.

Большинство слуг с облегчением убежали из огромного замка. Правда, кто-то попытался проявить преданность мертвому хозяину, вытащив из дома кое-что из ценных вещей. Садовники и скотники пробовали залить огонь, очень быстро перекинувшийся с башни на замок, но все оказалось тщетным. Ибо сильный ветер лишь раздувал пламя, которое очень скоро превратилось в гигантский костер.

Огонь перекинулся на знаменитую оранжерею с орхидеями. Роскошные бутоны извивались и плясали в языках пламени, словно какие-то жуткие марионетки, исполняющие танец смерти. Они корежились и чернели, пока не сгорели дотла.

Пока дым извергался в небеса, а огонь становился все сильнее, жадно пожирая сухую древесину огромного вестибюля замка, в долине собралось множество людей, с ужасом и трепетом наблюдавших за невероятным пожаром, какого в Кадлингтоне не случалось за всю историю долины. Он был в некотором роде символическим. Огромный замок сгорел дотла в эту страшную легендарную ночь. Гигантский пожар запомнился и старикам и молодым, все обитатели долины не забывали его до самой смерти.