Деннис Робинс - Невеста рока. Книга вторая

Верьте мне, муж мой, мне не надо ничего, кроме жизни в любви и мире с вами, мне тоже очень хотелось бы напрочь зачеркнуть прошлое. Пусть оно никогда больше не вернется к нам, ибо это было бы слишком грустно и печально.

Я страстно молюсь о том, чтобы нам удалось начать все сначала.

Наша малышка улыбается во сне, и я уверена, что эта улыбка обращена к ее страдающему отцу.

Это письмо, переданное в покои лорда Чейса, вызвало у него вспышку нежности. На сей раз он послал Шарлотте письмо вместе с великолепным бриллиантовым кулоном в виде звезды, висящей на красивой золотой цепочке. Шарлотта узнала ее сразу. Она видела этот кулон на леди Чейс, которая рассказывала, что его подарил ей к свадьбе отец Вивиана. С тех пор как ее светлость умерла, кулон был заперт вместе с остальными фамильными драгоценностями в кабинете Вивиана. И он лишь два-три раза разрешил Шарлотте надеть этот кулон, когда в доме бывали гости, ибо желал показать им свою супругу во всей красе. Вивиан писал:

Теперь эта звезда — ваша. Примите ее как знак моей искренности. Ведь я лучше, чем кто-либо другой, знаю чистоту ваших намерений и вашей невинности, которой я доселе, увы, не чтил. Носите же эту звезду, любимое украшение моей матери, на вашей несравненной прекрасной груди и, когда мы снова увидимся, позвольте мне поцеловать ее.

В полном недоумении Шарлотта читала это первое любовное письмо за всю ее жизнь, растерянно трогая кулон на цепочке под охи и вздохи мисс Диксон. Каждый раз, когда отблеск свечей освещал грани звезды, она переливалась всеми цветами радуги. Пока Шарлотте оставалось лишь думать, что Вивиан, верно, сошел с ума. Еще совсем недавно он разговаривал с ней пренебрежительно и презрительно и ни за что не позволил бы так запросто надеть украшение покойной матери.

«Особа столь низкого происхождения недостойна носить такие вещи», — однажды произнес он, желая как можно больнее уязвить ее.

Теперь же он называл ее «любимой» и чуть ли не слезно каялся перед ней во всех грехах. Мисс Диксон старалась успокоить молодую мать, у которой от столь сильных переживаний начала подниматься температура. Старый доктор прописал ей успокоительное и дал подробные объяснения так называемой истерии Вивиана. Милорд получил сильный удар по голове, в связи с чем у него начались довольно странные галлюцинации, о которых он рассказал доктору. К тому же его схватила сильная лихорадка после того, как мистер Тислтуэйт оперировал перелом. Его светлость стонал от боли, обливался слезами, затем трусливо мычал, рассказывая доктору Кастлби о своих страданиях, очевидно, раскаиваясь во всех своих юношеских прегрешениях.

— Похоже, когда он лежал в церкви, ему явился призрак, — сказал Шарлотте доктор, пересказав ей случившееся с Вивианом, о чем Шарлотта уже знала. Она вздохнула и, покачав головой, спросила:

— Как вы думаете, долго ли продлится такое состояние?

Доктор лишь развел руками.

— Кто знает, каким станет лорд Чейс, когда пройдет некоторое время, — сказал он. — Но сейчас нельзя назвать его сумасшедшим, правда, его психика несколько пострадала при аварии. К тому же, похоже, его сильно напугал вид гроба.

Доктор Кастлби никак не мог убедить его светлость, что этот гроб был предназначен не для него. Молодой человек вбил себе в голову, что, пока не изменится его образ жизни, он обречен.

— Но вам ни в коем случае нельзя сильно расстраиваться, леди Чейс, — увещевал Шарлотту доктор. — Ни в коем случае! А то, что его светлость решил вести праведный образ жизни, то, смею заверить вас, это только к лучшему.

С этими словами Шарлотта искренне согласилась.

В течение последующего месяца страстное желание лорда Чейса раскаяться перед женой в прошлых прегрешениях и злобных деяниях, чтобы спасти свою душу, упорно не покидало его.

Шарлотта стала для него лучом света. Он постоянно писал ей письма. Каждое утро присылал букеты из оранжереи, в которые вкладывал нежные записки. Наконец он убедил ее, что именно сверхъестественное посещение его матери привело ко всей этой метаморфозе. Она была полностью сбита с толку, поверив, что теперь Вивиан стал совершенно другим.

Она написала письмо своей подруге миссис Марш, в котором сначала поблагодарила ее за подарок, присланный для ребенка, а потом поведала о своем нынешнем блаженстве:

Дорогая никто сейчас не может быть счастливее меня! И это пишу я, которую в последний раз вы видели столь опечаленной и разочарованной. Несчастный случай, происшедший с Вивианом, совершенно изменил его. И теперь в моем доме воцарился мир (далее она рассказала Флер о подарках, цветах, бриллиантах, об обмене письмами).