Сандра Браун - Эксклюзивное интервью (Том 2)

- Понятно. Вероятно, сенатор Армбрюстер просто забыл обсудить эту проблему со мной.

- Сенатор сказал, что мистер Спенсер отсутствует вот уже почти две недели. - После некоторой паузы он добавил:

- Мистер президент, мистер Йенси предполагал, что сенатор Армбрюстер действует от вашего имени.

- Ну, конечно, конечно, - смягчился Дэвид, - меня тоже все больше беспокоит отсутствие мистера Мартина. Единственное, что мне непонятно, зачем разыскивать этого Бондюранта?

- Сэр, недавно сенатор Армбрюстер сообщил, что мистер Мартин гостил в Вайоминге у мистера Бондюранта. Как явствует из всех полученных данных, это последние сведения о местонахождении мистера Мартина.

- Мистер Бондюрант задержан?

- Еще нет, сэр.

- Держите меня в курсе.

- Разумеется, мистер президент.

- И разыщите мистера Йенси. Я хочу переговорить с ним немедленно.

- Хорошо, сэр. Я сейчас же ему сообщу.

- Дэвид повесил трубку.

- Ты, случайно, не желаешь внезапно объявиться и положить конец этим разговорам? Спенс на мгновение задумался.

- Нет. Мне куда удобнее действовать, оставаясь в тени. Но я прикажу своему человеку, чтобы он следил за ходом расследования и не дал напасть на след Грэя. На кой черт нам сдалось, чтобы он давал показания ФБР или Йенси?

- Йенси, - повторил Дэвид с явной неприязнью. Уильям Йенси всегда считался самой подходящей кандидатурой на пост министра юстиции в администрации Меррита. Будучи лет на десять моложе Дэвида, он был сколь молод, столь и энергичен и чем-то неуловимо напоминал Роберта Кеннеди, которого в свое время его старший брат привлек к этой работе. Подобно Кеннеди, Йенси очень хорошо проявил себя в борьбе с преступностью, как на уровне штата, так и в общенациональном масштабе. Он обладал ярко выраженной харизмой, привлекательной внешностью и умел четко и ясно выражать свои мысли.

Дэвид пригласил его в свою администрацию, но потом не раз пожалел об этом. Йенси был слишком резок, слишком усерден и слишком честен. И если вдруг объединятся два таких человека, как Йенси и Бондюрант, то ничего хорошего не жди.

- Если Бондюрант увидит этот репортаж, вряд ли что-либо удержит его от добровольной явки в офис Йенси. Там-то он и выложит, что ты похоронен у него в подвале.

- Он этого не сделает.

- Интересно почему?

- Во-первых, потому что это выведет его из игры. По крайней мере на время. Он должен будет объяснить, зачем он меня застрелил и бросил в подвал. Пока они докопаются до истины, пройдет время, а его-то как раз у Бондюранта в обрез. Во-вторых, увидев тело Хови Фриппа, он все понял - это все равно что прислать ему свою визитную карточку. Грэй знает, что я уже на свободе.

Дэвид нахмурился.

- Похоже, времени у нас не осталось.

- Совершенно верно.

- Черт возьми! Этого нам только не хватало! - зло бросил он. - И о чем только думает этот придурок Клет?

Спенс кивнул на телефон:

- А ты спроси его самого.

***

- Не понимаю, почему ты так переживаешь, Дэвид. - Клет спокойно стряхнул пепел с сигары в китайскую пепельницу с президентским гербом.

Сенатор немедленно ответил на вызов президента. Отчетливо представляя себе раздражение ожидающего его Дэвида Меррита, он пришел на встречу в приподнятом настроении. Хитрые интриги, которые он время от времени затевал, всегда приводили его в хорошее расположение духа.

Дэвид рвал и метал по поводу затеи с участием Спенса и Бондюранта, как, впрочем, Клет и предполагал. Меррит, конечно, не хотел, чтобы Бондюрант рассказал всей стране, что Спенс был специально подослан убить его.

Естественно, в этом случае Дэвид откажется от любых обвинений и повернет дело против Бондюранта, заклеймит его предателем и убийцей.

Но тем не менее удар по Дэвиду будет нанесен, и это пятно он уже не смоет. Семя сомнения падет на поле общественного мнения, а в преддверии президентских выборов что-либо подобное грозит провалом. Оппозиция с утра до ночи будет рассказывать впечатлительной публике, какими темными личностями окружил себя их президент.

Предав Грэя Бондюранта, Клет нажил себе врага, но этим знакомством он не особенно дорожил. А уж на Барри Трэвис после известной сцены в больничном морге ему тем более было наплевать.

Хотя они и копали под Дэвида Меррита, он не испытывал никаких угрызений совести из-за того, что все их расследование зайдет в тупик. Ему совершенно не нужны эти два холостых орудия, которые суют нос не в свое дело, принося одни лишь несчастья и разрушая его собственные планы по устранению Дэвида.