Дикси Браунинг - Одиночество не для них

- А кто такой Картер? - немедленно поинтересовалась Жасмин.

Мистер Уэбстер уже готов был начать столь же подробный рассказ о местном аптекаре, но Лайон его остановил.

- Откуда вы все это знаете?

- Как же без того? Служба обязывает.

- Какая служба?

- Да землемер я. Контора, где я работаю, зарегистрирована аж в семьдесят шестом году. А Мэгги, что в налоговой инспекции работает, со мной в родстве. Она-то мне и дала знать, что Лоулиссовы цыплятки возвращаются на насест.

Лайон давно уже потерял нить повествования, если у бессвязных историй старого пьянчуги вообще была какая-нибудь нить.

- Подождите. Вы говорите, старого Лоулисса подстрелили на границе. Но ведь это.., когда же это было?

- Да лет шестьдесят будет. Вы слушайте, что дальше было. Как начались наверху разговоры - и что это место, мол, историческая достопримечательность, и его надо для потомства сохранить, да как начали шастать сюда всякие биологи, экологи и прочая братия, так за дело взялись адвокаты. Пронюхали они, что у Кроута осталось полно наследников, и разослали каждому по письму. Мэгги говорит, она тому адвокату, что к ней приходил, дала целый список имен. Говорит, сидела над семейными Библиями <����В старину в американских семьях даты рождений, браков и смертей записывались на чистой странице семейной Библии.> и прочими родословными записями, пока у нее глаза на лоб не полезли, но всех нашла.

Лайон пытался осмыслить новые сведения. Целый список имен. И все это - его родные. Его семья.

Еще неделю назад у него не было никакой родни. Лайон привык к одиночеству. Ему нравилось полагаться только на себя. Никаких сложностей, никто не задает неприятных вопросов, не требует объяснений. Последнее, что ему в данный момент нужно, - толпа кузенов и кузин, желающих покопаться в его прошлом!

- Никогда не слышала такой замечательной истории, - с благоговением произнесла Жасмин.

Лайон хмуро покосился на нее. Ему не понравился мягкий блеск в ее карих глазах.

Опухоль от ядовитого плюща спала, рассеянно отметил он. Только одна щека оставалась чуточку краснее другой.

- Какой потрясающий очерк получится! Не знаю, как благодарить вас, мистер Уэбстер. Можно мне использовать ваше имя? Господи, все на свете бы отдала за камеру и диктофон!

Лайон почувствовал, что с него достаточно. Легко поднялся с земли, отряхнул ладони.

- Становится поздно, - заметил он. - Если мы еще собираемся куда-то плыть, лучше не тянуть. Жасмин не обратила внимания на его слова.

- А на кого вы работаете? - поинтересовалась она у старого землемера.

Лайон выругал себя за то, что не задал этот вопрос первым, но тут же сообразил, что в этом нет особого смысла. Если бы старик врал во всем остальном, соврал бы и здесь. Но, похоже, он говорит правду, а в таком случае Лайону незачем знать имя еще одного Лоулисса. Семейные связи его не интересуют.

- На парня по имени X. Л. Лоулисс из Нью-Йорка. Большая шишка! С полдюжины раз присылал сюда своего человека.

- А Лайоны, ветвь Дэниела, она, вы говорите...

- А Лайоны пошли.., дай бог памяти.., вроде они от другой дочки пошли, от Мэри Джо. Верно я говорю, Лоулисс?

Лайон взглянул на старика. Затем на Жасмин.

- Лоулисс? - повторила она, словно эхо.

- Да, я тоже унаследовал фамилию прадеда. Так мы едем осматривать эти развалины или нет? Лучше двигаться, пока солнце не село!

- А что, ребята, ежели мне взять вас на буксир? - предложил старик. - Я ведь как раз туда и направляюсь. Тот большой босс из Нью-Йорка нанял меня, чтобы я следил за домом и окрестными землями. Землю ведь так и не поделили, и теперь все прямые потомки Кроута имеют право на равные части. А кому достанется дом - вам решать. Тот нью-йоркский деляга заговорил о доме первым, да что с того? Можно ведь и в суд подать. Знаю я таких ловкачей, что годами судились за землю, а сами на ней жили, и дома строили, и детей растили, да еще и налогов не платили!

Лайон глубоко вздохнул, раздумывая, что же ему теперь делать.

Старик говорит правду. Иначе и быть не может. Так притворяться невозможно. Так или иначе, надо рискнуть...

- Ладно, давайте посмотрим дом. Я охотно уступаю его кузену из Нью-Йорка, но, раз уж фамильный замок моих предков стоит совсем неподалеку, почему бы на него не взглянуть?

Глава 8

Мистер Уэбстер покинул их на восточном берегу ручья. "В четверти мили отсюда к югу, объяснил он, - проходит дренажная канава, она и выведет вас прямо к дому".

В качестве вознаграждения за труды старик принял еще две бутылки пива и в ответ предложил новым знакомым разделить с ним обед, приготовленный его "старухой" и состоящий из солонины и кукурузных клецок. Они вежливо отказались, хотя Жасмин любопытно было попробовать кукурузные клецки. А вот солонина ее не привлекала.