Джилл Шелдон - Забвение

К ленчу он сделал очень невеселое открытие.

За последние пять лет отец Хоуп вложил деньги в несколько рискованных предприятий. И каждый раз занимал для этого деньги у Трента Блокуэлла. Согласно данным финансовых органов, к которым Клейтон получил доступ, Бродерик был на грани банкротства.

Он потерял почти все, а на то немногое, что у него оставалось, мог претендовать Блокуэлл, исправно получавший от него долговые расписки.

Слейтер откинулся на спинку кресла и ошеломленно уставился на экран. Как это могло случиться? Знала ли об этом Хоуп?

Вряд ли. Этот ублюдок наверняка ничего ей не говорил.

Клейтон схватил трубку. Соединившись с секретарем, он назвал свою фамилию и принялся ждать.

Услышав голос Бродерика, он не стал даром тратить время.

— Финансы поют романсы, верно?

— Что?

— Я навел справки, — негромко сказал Слейтер, поглядывая на дверь кабинета и жалея, что не запер ее. Ему не хотелось, чтобы Хоуп услышала их разговор.

Бродерик удивленно присвистнул.

— Удивляться нечему. Если тебя потрошит профессиональный хакер, это в порядке вещей, — слабо проскрипел старик.

— Почему вы не сказали мне об этом, когда заключали договор? — спросил Клейтон. — И какого черта согласились платить мне такие деньги? Не потому ли, что заранее знали, что меня ограбят?

— Что, влип в историю, да? — Тон старика стал ядовитым. — Я тоже хотел выпотрошить тебя. Ты выжил чудом, понятно?

— Не разыгрывайте меня, — фыркнул Слейтер. — Конечно, я должен благодарить ваших громил за то, что они не прикончили меня. Но лучше скажите, что вам помешало прислать их сюда, когда вы узнали, что я здесь?

— Я решил поверить тебе, — тихо сказал Бродерик. — Конечно, я не жду, что ты поверишь мне. Но я тебе верю. Верю, что кто-то напал на тебя и хотел выключить из игры. Верю, — добавил он, — потому что сам попал в западню.

Клейтон задумчиво постучал карандашом по компьютеру.

— Вы хотите сказать, что не имеете отношения к тому, что со мной случилось?

— Да.

— И что я правильно догадался о причине ваших трудностей?

— Да.

Слейтер вздохнул.

— Чего ради я должен вам верить?

— Потому что это правда, — ответил старик. — Я знаю, насколько скверно выгляжу после всех этих липовых приказов и отчетов за моей подписью. Но такой специалист, как вы, должен был сразу понять, что к этому приложил руку кто-то другой.

— Вы разорились, — жестко напомнил Клейтон. — И могли прийти в отчаяние.

— Верно. Но это не моя работа.

— Тогда почему вы позволили расправиться со мной? — гневно спросил Слейтер. — Почему не остановили этих мерзавцев, хотя было достаточно одного вашего слова?

Ответа не последовало.

— Все, что у вас есть, принадлежит Блокуэллу, — сказал Клейтон. — Но официально владельцем компании продолжаете считаться вы. Почему?

Бродерик продолжал молчать.

Слейтера словно ударили по голове.

— Шантаж, — пробормотал он. Подтверждения не требовалось.

— Слейтер…

— Это шантаж?

— Да, — судорожно прошептал старик. — Я рассчитывал, что ты сумеешь это доказать.

— Клянусь, — яростно перебил его Клейтон, — если это отразится на Хоуп, если она пострадает из-за вашей слабохарактерности, вашей глупости…

— Ты думаешь, я не ломаю над этим голову день и ночь? Я… — Старик снова умолк.

Слейтер откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и начал их тереть. Он ждал, пока вконец расстроенный Бродерик возьмет себя в руки. От боли и раскаяния, звучавших в его голосе, у Клейтона сводило кишки.

— Это не коснется ее, — как клятву произнес старик. — Я не позволю.

— У вас нет выбора, — мрачно сказал Клейтон и потрогал повязку на ребрах. — Вы имеете дело с очень крутыми парнями. Я испытал это на собственной шкуре. — При мысли о том, что Хоуп тоже может пострадать, у него заныло под ложечкой.

Трент — негодяй, и Хоуп уже пострадала от него.

— Скажите мне, что это не Блокуэлл.

Молчание было красноречивее слов.

— Черт побери. — Клейтон с шумом выдохнул. — Так и есть. — От ярости у него потемнело в глазах. — Вы натравили на нее этого ублюдка и продолжали настаивать на своем, прекрасно зная, на что он способен! Вы сукин…

— Это был единственный способ заставить Хоуп держаться от него подальше.

— Что?!

Бродерик прерывисто вздохнул.

— Слейтер, можешь думать обо мне что угодно, но я знаю свою дочь. Достаточно было приказать ей выйти за Блокуэлла, чтобы она начала шарахаться от него как от чумы. Хоуп ненавидит, когда ее заставляют. Так было всегда. На это я и рассчитывал.