Николас Эванс - Перевал

Их жизнь в крошечной съемной квартирке на краю Гринич-виллидж была хоть и небогатой, но счастливой. К этому времени Бенджамин нашел работу в большой дизайнерской фирме, которая занималась разработкой небольших промышленных и коммерческих проектов. Он зарабатывал немногим больше Сары, и его работа не позволяла ему раскрыться полностью. Но вскоре его заметили, заслуженно признав отличным чертежником, поскольку он лучше всех своих коллег разрабатывал планы проектов. Его присутствие стало непременным условием всех презентаций.

Несомненным плюсом пребывания Бенджамина на этой фирме была возможность работать рядом с талантливым и очень способным архитектором, которого наняли предыдущей осенью сразу после окончания им Колумбийского университета. Это был молодой человек невысокого роста, весь, за исключением блестящей макушки, покрытый густыми волосами. Он отличался остроумием, и в его глазах всегда горел озорной огонек, как у непослушного мальчишки-сорванца. Интеллектуально одаренный, обладающий безупречным вкусом, Мартин Ингрэм стал движущей силой их фирмы. У него было еще более беспощадное чувство юмора, чем у Бенджамина. Их рабочие столы стояли впритык друг к другу, и они частенько посмеивались над своим боссом Адрианом Доулишем и другими старшими партнерами, придумывая смешные шаржи и карикатуры.

Бен и Мартин настолько сдружились, что стали вместе вынашивать план побега, мечтая пуститься в свободное плавание и организовать собственное дело.

Мартин вырос в графстве Нассау, в маленьком городке Сайосете, который вызывал у Сары только негативные ассоциации. Однажды ее повезли туда в детстве на экскурсию по леденцовой фабрике. Ее там укусил козел, а потом она объелась леденцов, и ее вырвало на заднем сиденье нового маминого автомобиля. Для Мартина Сайосет был любимым местом, чистым и уютным городком, сердцем Америки, потому что, по его словам, люди там не запирали двери на засовы и всегда были готовы прийти на помощь соседу. Он бредил родными местами и мечтал поскорее туда вернуться. Он и его жена Бет, которая была гораздо выше своего мужа и к которой Сара пыталась проникнуться симпатией, все просчитали. К тому времени как у них родятся дети, что, наверное, тоже было запланировано в их ежедневниках, они все вместе переберутся назад в Сайосет.

В тот вечер, когда мужчины решили посвятить жен в свои планы, обе супружеские пары сидели за круглым столом в квартире Ингрэмов и ели пиццу. Мартин и Бет жили в более престижном районе, и у них была более просторная, но, по мнению Сары, слишком уж вычурная квартира. Мартин, а вслед за ним и Бенджамин ни с того ни с сего начали рассказывать о достоинствах Сайосета, так что Сара была несколько озадачена.

По их словам выходило, что в этом городе и воздух чище, и школы лучше, а преступность меньше. Кроме того, есть новая библиотека, шикарный магазин деликатесов на Джексон-авеню и тому подобное… Более того, как заверил ее Мартин, там больше не обитают кусачие козлы, а леденцовая фабрика закрылась еще в 1967 году. Только тогда до Сары начал доходить смысл этой лекции, а Мартин как ни в чем не бывало скромно закончил, сказав, что там есть несколько приличных архитекторов, но вполне найдется место и для них. А называться они будут ICA (Ингрэм — Купер), по их инициалам. Ингрэм вынужден был поставить себя на первое место, чтобы не было путаницы с ЦРУ [3] Игра слов — английская аббревиатура ЦРУ, CIA. .

— Нам тоже предлагается перебраться, да? — спросила Сара в шутку, но по наступившей паузе и выражению лица Бенджамина поняла, что именно это они и замыслили.

— Нам, конечно, надо это обсудить, — сказал он.

— Хотелось бы. Когда?

После этого Сара устроила Бенджамину грандиозный скандал. Выяснилось, что они с Мартином уже ездили на разведку местности. Ему понравилось все, что он увидел в Сайосете. Он бы с удовольствием туда перебрался. Сара обвинила его в скрытности и эгоизме. Получалось, говорила она, что ее карьерой можно легко пожертвовать. Он не имел права в одиночку решать, где им жить и работать, и вообще она не хотела бы оказаться на окраине. Возможно, Сара не совсем удачно выбрала слово, и он обвинил ее в ответ, назвав напыщенной гордячкой. Сара захлебнулась от возмущения и не разговаривала с ним три дня. После этого они вели себя так, будто между ними пробежала черная кошка: ни Сара, ни Бенджамин, казалось, не намерены были идти на уступки, чтобы помириться. Больше месяца они вообще не прикасались друг к другу.