Николас Эванс - Перевал

За последние двенадцать дней он испытывал возбуждение так часто, что оно уже превратилось в нескончаемое томление. Не было ни одной минуты, чтобы он не был занят лихорадочными мыслями о Кэти. Она словно вошла в его плоть и кровь. Ее вид, запах, просто мысль о ней доставляли ему странное наслаждение, смешанное с болью. Он был сплошной ходячей раной. Ко всему прочему, он все время находился в состоянии сексуальной напряженности. Эрекция стала его постоянным спутником, настолько постоянным, что он начал переживать, не вредно ли это для его здоровья и рассудка.

Частично проблема была вызвана тем, что Джош ждал, что с ним случится нечто подобное уже в течение долгого времени. В школе казалось, что все ребята его возраста, и даже младше, уже испытали себя на этом поприще и могли похвастаться тем, что переспали с женщиной. Все, кроме него. Он знал, что никто особенно не интересуется им как сексуальным объектом. Но с прошлой осени, когда Джош поменял очки на контактные линзы, похудел на несколько фунтов и начал уделять внимание своей одежде, он стал выглядеть не так уж плохо. Вообще говоря, даже такие безнадежно тупые парни, как Кевин Симпсон из десятого класса, уже испробовали себя в этом деле.

Хотя, с другой стороны, Джош догадывался, что не стоит воспринимать на ура все россказни, которые он слышал от того же Кевина. Многие просто притворялись, что с ними произошло что-то такое, чего на самом деле и в помине еще не было. Ладно. Какая разница. С Кэти все по-другому. У него от нее голова кругом. Каникулы уже подходят к концу, а они еще даже не поцеловались. Он был абсолютно уверен, что она хочет такого же поворота событий, как и он. Пару раз они уже подходили к заветной черте. Как, например, на дне рождения отца, когда они танцевали под медленную музыку, которую исполняла группа Тая. Кэти закинула ему руки за шею и чарующе улыбалась. Но затем подошли Эбби и Лейн и все испортили, пристроившись танцевать рядом.

В том-то и состояла проблема. Они все делали большой компанией. Конечно, в этом были свои преимущества. Но обратной стороной медали была невозможность провести наедине хоть одну минуту. Если бы они оказались просто вдвоем, он и Кэти, дело могло бы принять совсем другой оборот и они бы перешагнули тонкую грань дружбы, отправившись в более увлекательное путешествие. Они любили посмеяться, поболтать вместе. Они даже гонялись друг за другом и прикасались друг к другу, словно в шутку. Но на этом они и застряли. Их отношения стали напоминать заезженную пластинку. Никто из них, казалось, не знал, какую же кнопку надо включить, чтобы перейти на новый уровень отношений.

В субботу, после обеда, вся компания, сестры и братья, включая Эбби, которая вернулась из конюшен с соломинкой в волосах, валялась на сдвинутых кроватях в домике Лейн и Райана. Они слушали новый музыкальный альбом, который, по выражению Райана, был «жестким». Джош втайне от всех считал, что от такой музыки, если послушать ее несколько раз подряд, хочется пойти и повеситься. В комнате пахло грязными носками и сигаретами. Они пытались избавиться от сигаретного смрада, держа заднее окно постоянно открытым и периодически разбрызгивая лосьон для тела «Кельвин Кляйн», который принадлежал Лейн. Приятели пообещали возместить потерю, но, скорее всего, она переживет ее. Вилл Брэдсток сказал, что теперь у них пахнет, как в турецком борделе, и казался искренне разочарованным, когда никто не поинтересовался, откуда он может быть осведомлен о запахах в такого рода месте. Им всем было скучно. Они еще не пришли в себя от прошлого вечера, когда спрятались в кабинках для переодевания за бассейном и курили дурь, которую украл у своего отца Райан.

Один Джош не испытывал ни скуки, ни усталости. Он весь был поглощен мыслями о Кэти и последние десять минут пребывал в состоянии блаженства. Его правое бедро упиралось в бок Кэти. Она лежала, свернувшись калачиком, спиной к нему, приподнявшись на одном локте. Ее великолепная попка и голое плечо небрежно упирались в Джоша. Она читала старый номер журнала «Пипл», в качестве подставки используя Райана, который развалился поперек Эбби и спал. А может быть, она просто притворялась, что занята чтением, потому что за все время не перевернула ни одной страницы.

На Кэти был маленький топ желтого цвета и джинсовая мини-юбка, низко опущенная на самые бедра, так что открывалась полоска загорелой кожи в пять-шесть дюймов шириной. Когда она ерзала на кровати, Джош заметил ее розовые кружевные трусики. Он делал вид, что читает журнал через плечо Кэти, хотя на самом деле вдыхал аромат, который исходил от ее шеи, и пытался подсмотреть в вырез топа. Ему приоткрывалась правая грудь девушки, которая выдавалась немного оттого, что она лежала на боку. На Кэти оказался розовый бюстгальтер, но не из кружев, а из сатина. Ее близость, прикосновение ее тела к его бедру, ее теплый сладкий запах приводили Джоша в трепет.