Николас Эванс - Перевал

Уже в сумерках, когда они одевались, вдруг послышались голоса, и они едва успели притвориться, что заняты чем-то невинным. Перед ними возникли фигуры двух женщин, которые словно выросли из пустоты. Это были приезжие дамы из Санта-Фе, Лори и Ева, имена которых Эбби узнала позже. Они проводили здесь свой первый вечер, поэтому разведывали окрестные места. Конечно, женщины сразу увидели их, в этом не было сомнений, как и в том, что они догадались, чем занимались молодые люди до их появления. Но дамы повели себя крайне сдержанно и, не сказав ни слова, повернули назад к ранчо.

На следующее утро Эбби была крайне смущена, когда увидела знакомых уже женщин на «Привале», которые ожидали вместе со всеми их приезда.

— Пожалуй, мне пора подумать о другой работе, — тихо произнес Тай, когда они спешивались со своих лошадей.

Но если женщины и вели между собой какие-то разговоры, то на Эбби это пока не отразилось. Отец Кэти был самым шумным из их компании и любил поддразнить любого, к кому было с чем пристать. И если бы что-то стало известно, то он наверняка сболтнул бы об этом. Именно он и взял на себя труд представить Лори и Еву молодежи и Таю.

— А вот и наша принцесса Эбби, — шутливо сказал Том Брэдсток.

Женщины улыбнулись и тепло ее приветствовали, но Эбби, всегда общительная и открытая, вдруг занервничала. Правда, посмотрев на них, она не заметила и намека на осуждающий взгляд.

— А это Тай, самый красивый ковбой и гроза женских сердец, — продолжал дурачиться старший Брэдсток.

Тай пожал им руки. Даже после этого от Тома не последовало никаких замечаний или шуточек. Эбби расслабилась и решила, что на этот раз ей все сошло с рук.

Теперь, когда она наблюдала за Таем на вечеринке, ей хотелось объявить на весь белый свет, что это ее парень. Последние аккорды песни утонули в общем восторженном крике. Казалось, что сейчас не выдержит крыша и свалится им прямо на голову. Музыка стихла. Тай и его группа под громкие овации раскланялись перед гостями. Тай широко улыбался, прижимая к груди микрофон. Пот блестел у него на лбу. Наконец он смог заговорить:

— Спасибо вам всем. Мы объявляем перерыв. Похоже, что он не помешает и некоторым из вас. Но это была только разминка. Ждите нас снова. Мы вам покажем настоящий класс!

Эбби подошла к стойке бара. Ей хотелось воды. Кто-то вручил ей бутылку. Девушка прошла вперед, туда, где веранда освещалась маленькими белыми фонариками, и с трудом пробралась сквозь толпу к широким деревянным ступеням, ведущим на поляну. Светильники, установленные на клумбах, отбрасывали пучки света на траву, но Эбби хотелось оказаться в тени, чтобы насладиться вечерней прохладой и босиком постоять на земле. Она запрокинула голову и залпом выпила всю воду. Немного отдышавшись, Эбби засмотрелась на звезды и как раз в этот момент заметила, как одна, а затем и другая стремительно падают вниз.

— Надеюсь, ты загадала два желания.

Эбби думала, что она здесь одна, поэтому чужой голос испугал ее. Сначала она не могла определить, кому он принадлежит. Какая-то женщина, скрытая тенью, улыбалась ей. Приглядевшись, Эбби узнала Еву.

— О, привет. Если вы видели их тоже, тогда я могу поделиться.

— Договорились.

Ева закрыла глаза и подставила улыбающееся лицо небу. С прошлого вечера Эбби чувствовала себя очень смущенной, поэтому старалась не встречаться взглядами с новой знакомой. На вид Еве было лет тридцать семь. Высокого роста, с длинной изящной шеей, она казалась довольно привлекательной. Темные длинные волосы, которые раньше спадали мягкими волнами, сегодня вечером она уложила в пучок, прикрыв шелковым шарфом, подобранным в тон ее светло-зеленому платью. В ее лице было что-то необычное — немного длинный нос и слишком большой рот, но она все равно производила поразительное впечатление, особенно когда широко открывала глаза. В них были покой и прямота взгляда, очевидно свойственные ей. Эбби смутилась еще больше.

— Загадала желание? — спросила Ева.

— Еще нет. У меня их так много, что я не знаю, какое загадывать в первую очередь.

— Как чудесно быть молодой. Когда становишься старше, кажется, что все желания сходят на нет и остаются те, о которых вспоминаешь каждый раз.

— А остальные уже сбылись?

— Нет. Только некоторые. Я думаю, что человек обычно концентрирует свое внимание на тех, которые кажутся самыми важными.

— Которые никак не сбываются, — заметила Эбби.

Ева рассмеялась.

— Да, наверное, так.