Николас Эванс - Перевал

— Все, хватит, — резко сказал Рольф. — Одевайся.

— Что? — спросила Эбби.

— Я тебе повторяю, одевайся. Мы выбираемся отсюда.

— Нет, — ответил за нее Тай.

— Я с тобой разговариваю? Оставайся на месте и закрой рот.

Он схватил красную лыжную куртку Эбби и бросил ей.

— Быстро!

— Послушай, — заговорил с ним Тай. — Давай проявим благоразумие.

— Заткнись, ковбой.

— Ты не повезешь ее с собой.

Тай сделал шаг вперед. Рольф резко повернулся к нему.

— Если ты не сядешь, я тебе все мозги вышибу.

Эбби начала торопливо одеваться.

— Тай, все в порядке. Я иду. Мы встретим Джоша по дороге, заберем у него ноутбук и отправимся в путь.

— Нет, Эбби. Я не могу позволить этого. Он и так уже изуродовал твою жизнь. — Тай с ненавистью смотрел на Рольфа.

— Почему бы тебе не посоветовать этому дурачку заткнуться и заниматься своим делом? — грубо спросил Рольф.

Он открыл дверь и подтолкнул Эбби в спину. Тай бросился вперед, но Рольф перехватил его и ударом в живот отправил в другой конец комнаты. Тот зацепил стол, который с треском повалился на пол. Свечи тоже очутились на полу. Эбби закричала. Тай был оглушен, но быстро поднялся на ноги.

— Ради бога! — кричала Эбби. — Я иду с тобой! Только прекрати!

Дверь была открыта. Снег все падал и падал, оживляя темноту ночи. Тай медленно двинулся в сторону кровати.

— Тай, нет!

Ей не надо было кричать, потому что Рольф сразу же догадался о намерениях парня. Тай потянулся за ружьем, но Рольф бросился ему наперерез, схватил его за талию и успел оттащить от кровати. Нет, только не это! Они катались по полу, и каждый пытался дотянуться до шеи противника. Эбби стояла в дверях и в ужасе кричала. Рольф одержал верх: он изо всей силы ударил Тая в грудь, а сам, вцепившись в ружье, начал тянуть его на себя.

Неожиданно в распахнутую дверь мимо нее проскочила заснеженная фигура. На мгновение Эбби застыла, не понимая, кто перед ней. Джош бросился всем телом на Рольфа и, придавив, стал отводить его голову назад.

— Эбби, уходи! — выкрикнул Тай. — Уходи отсюда! Немедленно!

Эбби не надо было повторять дважды. Она не могла вынести вида дерущихся мужчин. Все трое были дороги ей. Они рвали друг друга на части, и она чувствовала, что еще немного и ее сердце не выдержит. Эбби выбежала из флигеля и увидела лошадей, которых они так и оставили возле дома из-за приезда Рольфа. Седла были припорошены снегом. Она отвязала свою лошадь и вскочила на нее. Пришпорив ее, как делают наездники на скачках, Эбби направила лошадь в сторону зарослей, и та сразу сорвалась в галоп.

Эбби не знала, куда она мчится. Ей было все равно. Взгляд ее застилали слезы и непрекращающийся снег. Она не могла рассмотреть дорогу на расстоянии собственной руки. Эбби низко пригнулась, прижавшись щекой к заснеженной гриве лошади, скачущей во весь опор. Она знала, что где-то здесь начинается полоса кустарников, но все сейчас было покрыто большим слоем снега. Эбби начала взбираться вверх, когда до ее слуха откуда-то снизу донесся выстрел, звук которого гулким эхом прокатился по всей долине. Она вскрикнула и пришпорила лошадь еще сильнее. Тропинка резко уходила влево и вниз. Вдруг Эбби услышала шум ручья. Лошадь начала спотыкаться, цепляясь за какие-то ветки. Маленькие камни выскакивали из-под копыт. Склон становился все круче. Лошадь задыхалась и хрипела, словно неисправный мотор.

Деревья остались далеко позади. Участок дороги потихоньку выравнивался. Справа от нее в вихре снежной бури вдруг мелькнуло что-то черное. Эбби поняла, что здесь должен быть обрыв. А уже через мгновение она оказалась на обледенелой скале. Лошадь не могла удержаться. Нервно приплясывая, животное неожиданно быстро завалилось набок. Эбби, упав с лошади, ощутила, как она несется в темноту. Ее тело скользило вниз по склону. Его крутило, бросало из стороны в сторону, переворачивало. Снег не переставал слепить ей глаза и забивал рот. Вдруг всю ее пронзила острая боль, которая разрасталась, проникая в каждую клеточку. У Эбби хрустнуло плечо, а потом она сильно ударилась головой обо что-то твердое. Мир вокруг стал белее, чем снег. Все медленно закружилось, а Эбби все скользила вниз, вниз, вниз. Мир сжался до маленькой картинки — она, будто сломанное перышко, тихо кружит в невесомости. Последним ощущением Эбби было прикосновение ледяных объятий бурлящей воды, которая плотно сомкнулась над ней, как занавес.