Имоджен Эдвардс-Джонс - Отель Вавилон

— Вы никогда не пробовали принимать снотворное, а, Теренций? — спрашиваю я из желания сказать ему что-нибудь эдакое.

— Снотворное — это вообще особый разговор. — Теренций наклоняется вперед и раздвигает ноги. Стараюсь смотреть ему в глаза и не замечать того, что скорее всего открылось взору.

— Серьезно?

— Да, — отвечает Теренций. — Я принял целых две таблетки, но толку от них совершенно никакого.

— М-м-м. — Киваю.

— Очень любопытно, — произносит Деннис.

— Да? — спрашивает Теренций. — А знаете, я давно понял, что они редко действуют. Может, я один из тех, кому много спать просто-напросто не требуется.

— Гм, — произносит Деннис.

— Маргарет Тэтчер, например, спокойно обходилась четырехчасовым сном в сутки, — добавляет Теренций.

— Это многое объясняет, — говорит Деннис.

Теренций смеется.

В то время как он держится за бока, чересчур бурно восхищаясь остроумием Денниса, к отелю подъезжает большой белый фургон. Деннис мгновенно встает с места и щелкает пальцами, подавая знак Патрику: следуй за мной. Прибыли утренние газеты, и Деннис с Патриком идут помогать развозчику внести в отель связки. Судя по всему, Деннису по душе это занятие. Минут десять он стоит на улице и болтает с развозчиком, а Патрик тем временем, пыхтя, таскает внутрь тяжелые стопки газет. Может, потому, что развозчик объезжает все первоклассные гостиницы и в курсе последних новостей, Деннис так любит перекинуться с ним словечком. Узнать все сплетни. Я наблюдаю, как он смеется, болтает, явно отпускает шутки, дышит на руки. На Патрика ни один, ни другой не обращают внимания; поворачивают головы и замечают его, только когда с работой уже покончено. Деннис похлопывает разносчика по плечу и возвращается в вестибюль.

— Черт, ну и колотун! — говорит он, до сих пор дыша на замерзшие руки. — Похоже, в «Клариджез» был сегодня пир горой. По всему Мейфэру пьяные люди в шикарных смокингах ловят такси. Джефф, — указывает на улицу, где только что стоял фургон, — говорит, наверное, вечеринка была киношная или что-то в этом роде; клянется, будто видел, как вверх по улице шла, чуть пошатываясь, парочка звезд. Давайте-ка заглянем в газеты, может, в них что-нибудь об этом пишут.

— Вообще-то разворачивать газеты не положено, — напоминаю я. — Гости должны получить их свеженькими.

— Ерунда, — отмахивается Деннис, уже вооружившись ножницами. — Никто ничего не заметит.

С появлением развозчика газет о Теренции забыли. Он наконец решает уйти.

— Поверить не могу, что уже почти утро, — говорит он, глядя на газеты. — Наверное, мне следует хотя бы снова прилечь, даже если уснуть так и не получится.

— Счастливо, — произносит Деннис.

— Спокойной ночи, — говорит Теренций.

— Спокойной ночи, — отвечаю я.

— Не очень перетруждайтесь, — с полуулыбкой желает Теренций, входя в лифт.

— Не будем, — говорит Деннис, когда двери лифта закрываются. — Слава тебе Господи.

— Да уж, — подхватываю я. — Я думал, он никогда не умотает.

— Тебе-то чего плакаться? — спрашивает Деннис. — Не ты выслушивал историю всей его долбаной жизни!

— Немного досталось и мне.

— Какое там досталось! Ты сматывался по любому чертову поводу, только бы не разговаривать с проклятым отморозком. Нет, честное слово. В следующий раз, когда мы опять будем дежурить в ночь вместе, как только спустится еще один зануда в халате, твоя очередь с ним беседовать. Я чуть умом сегодня не тронулся.

— Не такой уж он и занудный, — говорит Патрик едва слышно.

— Что? — Деннис резко поворачивает голову.

— Не сказал бы, что он слишком занудный, — повторяет Патрик.

— Еще и какой! Чертов онанист, — заявляет Деннис. — А почему это ты не чистишь обувь?

— Ой! — восклицает Патрик.

— Вот тебе и «ой», — говорит Деннис, передразнивая его. — Не самое ли время собрать туфли и приняться за чистку? Или ты забыл, что входит в твои обязанности?

— Нет, сэр, — бормочет Патрик.

— Да, сэр, — говорит Деннис, кивая на лестницу. — И поживей! Людям скоро вставать. За работу! Сию минуту.

Патрик несется вверх по ступеням. Говоря по правде, поздновато он бежит собирать обувь: следовало уже вовсю чистить ее по меньшей мере с час. Его удача, что сегодня суббота и туфель выставят не так много; а чуть позже ребята, приехавшие по делам в Сити, не начнут требовать обувь назад, боясь опоздать на деловую встречу за семичасовым завтраком. Если бы день был будний, Патрика уже сейчас ругали бы на чем свет стоит. Остается надеяться, что никто из гостей не спешит на утренний самолет.