Лесли Пирс - Цыганка

В десять вечера Джек шел по пустынным заснеженным улицам. Он вспоминал слова доктора и с трудом сдерживал слезы.

— Мне пришлось провести экстренную операцию, чтобы удалить все то, что не вышло естественным путем. И к сожалению, шансов на то, что ваша жена сможет родить еще одного ребенка, практически нет.

Многие женщины, которых он знал, совсем не переживали бы, узнав, что не смогут иметь детей. Глядя, как Бет играет на скрипке, можно было подумать, что возможность стать матерью для нее ничего не значит. Но Джек был уверен в обратном. Он слышал печаль в ее голосе, когда она говорила о Молли, и знал, что Бет так и не смогла оправиться после разлуки с сестрой, хотя и уверяла их, что это не так. На Рождество она часами любовалась фотографией Молли. Джек всегда считал, что Бет сможет справиться с утратой только после рождения собственного ребенка.

Теперь она потеряла этот шанс.

Той ночью Тео так и не вернулся домой. Джек лежал без сна и ненавидел его за легкомысленное отношение к Бет. Конечно, Тео не мог знать, что она сейчас находится в больнице, но Джек не понимал, как мужчина, пользовавшийся расположением такой девушки, как Бет, вообще может не ночевать дома.

Узнав печальную новость, Сэм никак не мог поверить в случившееся.

— Почему она мне не сказала? — повторял он снова и снова, словно в этом случае ничего плохого не произошло бы. Но даже Сэм, для которого сестра была самым близким человеком, выразил мнение, что так, возможно, будет лучше.

— Лучше для кого?! — закричал на него Джек. — Разве что для тебя и для Тео, ведь теперь вам ничто не помешает и дальше заниматься чем угодно. Но не для Бет. Часть ее души умерла вместе с ребенком, а когда она узнает, что вообще больше не сможет иметь детей, что с ней будет тогда?

На рассвете Джек слышал, что вернулся Тео. Они с Бет делили так называемую гостиную, которая была немного просторнее двух комнат на верхнем этаже. Здесь был камин, в котором приходилось готовить. Бет устроила себе небольшую кухню, разместив в нише возле очага деревянный ящик, в котором хранила посуду, другие кухонные принадлежности и продукты.

Джек поражался ее способности создавать уют. Бет накрыла кровать ярким одеялом из разноцветных лоскутов и сшила подушки для двух деревянных кресел. Большинство их соседей, замученных бедностью, жили в настоящих свинарниках, но в доме у Бет всегда было безупречно чисто.

Начав работать в бараке, она приобрела небольшой столик. По воскресеньям, когда все были дома, они обедали, сидя вокруг него на ящиках. Бет заклеила трещины в оконных рамах газетами, чтобы избавиться от сквозняков, и прикрыла пятна на стенах театральными афишами и иллюстрациями, вырезанными из журналов. Сидя воскресным днем у весело горящего огня и наслаждаясь вкусным обедом, они забывали о холоде и об унынии, царивших снаружи, и несколько часов чувствовали себя настоящей семьей.

С момента знакомства с Тео чувства Джека к нему варьировались от ревности — ведь он увел Бет — до негодования, когда Тео позволил ей считать, будто он руководил ее спасением из подвала. Однако после переезда в Филадельфию Джек начал испытывать к Тео симпатию. Несмотря на модную одежду, безукоризненное произношение и безупречные манеры, Тео не был снобом. Он делил людей только на тех, кто ему нравился, и тех, кто не нравился. Их происхождение и наличие денег значения не имели.

Как только Джек справился с неприязнью, он увидел в нем великодушного, доброжелательного человека и чудесного компаньона, умного, всегда на шаг опережающего остальных.

Джека не смутило то, что Тео смошенничал во время игры. Он, скорее всего, поступил бы точно так же, если бы потерял кучу денег. Но после смерти Шелдона Джек не сомневался, что Тео сбежит и оставит их с Сэмом выпутываться самостоятельно.

Однако он поступил иначе. Тео взял ситуацию в свои руки, организовал их побег в Канаду и заплатил за билеты. Он доказал свою дружбу, и с тех пор Джек безоговорочно ему доверял.

Тем не менее, услышав шаги, Джек подумал о Бет, и ему захотелось убить Тео. Он вскочил с кровати и побежал в соседнюю комнату прямо в белье.

Тео зажег свечу и стоял, держа ее в руке. Он все еще был в цилиндре и модном плаще, и, судя по выражению лица, отсутствие Бет сильно его удивило.

— Где она? — спросил он.

— В больнице, ублюдок, — огрызнулся Джек. — Она потеряла ребенка. А тебя повесить мало за то, что ты не был с ней рядом, зато, что позволил ей работать в таком месте.