Миранда Гловер - Шедевр

Ужин состоялся в ресторане, расположенном на верхнем этаже галереи Тейт Модерн. Были приглашены художники со всего мира, принимавшие участие в общем проекте. Когда наша машина проезжала вдоль неспокойной Темзы, мимо «колеса обозрения», обороты которого были почти незаметны для глаза, Гай спросил, как продвигается работа над проектом.

— Пять серий уже готово, осталось две.

— И кто следующий в списке?

— Изабелла д’Эсте.

— А, первая леди эпохи Возрождения! Ты разделишь ее славу. Потребуется еще одна поездка в Париж?

Я знала, что в Лувре висят два изображения Изабеллы.

— Боюсь, что выбранный мною портрет находится в Вене, — ответила я.

— А, Тициан. Естественно, ведь он довольно лестно изобразил молодую Изабеллу, — сказал Гай. — Но готов поспорить, что картина Леонардо, хоть это и набросок, полнее раскрывает ее образ.

— Тебе не нужно расхваливать картины, чтобы заставить меня снова приехать в Париж, — поддразнила я. — На следующей неделе у нас с Петрой примерка. И я схожу посмотреть на произведение да Винчи. Обещаю.

Гай заговорщицки покачал головой.

— Если ты хочешь увидеть настоящую картину, Эстер, тебе снова понадоблюсь я. Рисунок да Винчи не является частью экспозиции. Ему вреден свет. Я договорюсь о частном показе.

— Ценю твою заботу, — засмеялась я.

— Все дороги, включая дороги к картинам да Винчи, ведут в Париж, — со значением ответил Гай.

Я взяла Гая под руку, и мы спокойно прошли мимо толпы фотографов к широкому, в форме арки, входу в музей. Я заставила себя улыбнуться в объектив и немного попозировала с Гаем перед фотографами. Они сопровождали нас до лифта. В ресторане обстановка была неспокойной: приглашенные толпились вокруг крепких коктейлей, вполголоса обсуждая своих партнеров и поглядывая на находившуюся по ту сторону Темзы церковь святого Пауля, чье освещение выделялось на фоне вечернего города. Гости еще не успели перезнакомиться. Мы намеренно пришли позже, и остальные явно предвкушали наше появление. Все переглянулись, разговоры смолкли. Даже организатор выставки подняла руку, приветствуя нас и, извинившись перед каким-то шумным испанским художником, подошла поздороваться с нами.

— Я так рада, что вы смогли прийти!

Джейн Смитсон знаменитый искусствовед, она преподает в Королевском колледже искусств и организовывает всемирные выставки. Она ослепительно улыбалась Гаю.

— Как приятно видеть вас здесь, — сказала она. — Последний раз мы встречались на открытии Дворца Токио.

Я с облегчением заметила, что Гай был тут своим человеком. Вскоре мы сели за длинный стол посреди ресторана, закрытого по такому случаю. Я сидела в центре, между Гаем и Джейн, напротив немецкого фотографа и его парижского любовника, которые тоже, конечно, знали Гая.

— Как продвигается проект? Мы купили билеты на аукцион, — вяло сказал немец.

— Почти готов, — осторожно ответила я.

— Значит, он будет завершен фактически до конца недели? — перебила Джейн.

— Нет, семь представлений, которые я собираюсь показать, надо хорошо подготовить. Необходимо также подобрать костюмы.

— А, понимаю. Но вы собираетесь снимать представление на пленку в течение недели?

Я кивнула и глотнула вина. Ее интерес напомнил мне, благодаря чему создание проекта стало возможным. Джейн инвестировала его. Если меня постигнет неудача, она потеряет много денег. Она также знала, что статьи обо мне напрямую связаны с финансовой успешностью проекта. То есть мой провал, в случае чего, коснется и ее. Мы были связаны общими материальными интересами.

— Семь фильмов станут главным результатом моей работы, — сообщила я, — но в проект также входит выставление меня на продажу и неделя «обладания» мною.

— Значит, представление… — Джейн помолчала в поиске подходящих слов, — это тематический переход к основной части?

— Совершенно верно, — ответила я, стараясь не смотреть на Гая. Джейн, конечно, молодец, но ее манера излагать мысли рассмешила меня. Я уже представила ее слова на развороте каталога или на стене музея через три месяца. Но Джейн была вполне довольна собой. Она одобрительно кивнула и глотнула воды. Немцу напротив, казалось, было нестерпимо скучно.

— А где сегодня Эйдан Джерок? — спросил он меня и перевел взгляд на Гая, оживленно беседовавшего с Джейн.

— В Манхэттене по делам, — осторожно ответила я.

— Ну да, конечно, — ответил немец. — Я слышал, в Нью-Йорк прилетела Жаклин Квинет, чтобы найти подходящих покупателей.