Виктория Готти - Суперзвезда

Джонатан получил необходимые инструкции от Джеймса по телефону. Роджер и разговаривать с ним не хотел до тех пор, пока он не исправится. Теперь ему придется быть рядом с младшей сестренкой, чтобы иметь возможность прийти на помощь, как только она об этом попросит. Как будто она когда-нибудь попросит! Может быть, Роджер считал, что это сделает Джонатана более человечным или, по крайне мере, займет его. Решения удачнее Джонатан и сам бы не придумал, но первым делом ему надо было заглянуть в одно местечко, о котором не знал его отец.

Джонатан заказал такси. Водитель отца не отвез его в аэропорт, вместо этого он вручил ему конверт с наличными, чтобы Джонатан мог заплатить за такси. Он швырнул свою сумку в салон автомобиля, вскочил в машину и назвал шоферу адрес. Потрепанный «бьюик» с ревом пронесся по Сансет-бульвар и резко затормозил перед одним из тех невзрачных высотных зданий, которые так редко можно увидеть в этой части Лос-Анджелеса. Таксист был совсем не дурак — ожидая клиента, он даже не выключил мотор. Джонатан открыл дверцу и вылез из машины. Теплый ветерок, гонявший по тротуару коричневые бумажные конверты, конфетные фантики и смятые пачки из-под сигарет, приятно обдувал лицо. На какой-то миг он помедлил перед окрашенной в ярко-оранжевый цвет дверью, осматриваясь по сторонам. Ему надо быть очень осторожным — переодетых полицейских можно встретить повсюду. Не хватало еще оказаться арестованным за взлом. Хотя, в свете последних событий, он мог опять положиться на свою счастливую звезду — попадется он или нет, ему все равно ничего не будет.

Удостоверившись, что за ним никто не наблюдает, он вошел в дом, миновал воняющий мочой длинный коридор и поднялся по ступенькам. Оставалось только взять порошок и сразу назад.

Гораздо раньше, когда Джонатан еще подавал какие-то надежды, к нему приходили дилеры — в его номер в отеле, в загородный клуб, даже домой в «Шепот ветров». Однако сейчас его финансовые возможности были ограничены, и его прежние дилеры — те, кому он был должен так много денег, — даже не подошли бы к телефону, позвони он им. Поэтому ему и приходилось связываться с подобными местами. Джонатан поднялся на второй этаж, перешагнул через обколотого подростка и тихо постучал в дверь. Через десять минут его впустили со всеми предосторожностями. Он вошел, стараясь не шуметь. Комната была плохо освещена, он не увидел ничего кроме карточного стола, четырех складных стульев и коробки с принадлежностями для употребления наркотиков.

Человек, открывший ему дверь, оказался темнокожим резковатым парнем, откликавшимся на имя Стрипер. Оттеснив Джонатана в угол, он осторожно приблизился к нему.

— Деньги принес? — Дуло миниатюрного пистолетика показалось в руке амбала. Медленно, стараясь ничем не вызвать подозрений, Джонатан опустил руку в карман джинсов.

— Да, конечно, не волнуйся. У меня наличные, — нервно проговорил он.

Негр расслабился и указал на кресло, такое старое и грязное, что невозможно было определить первоначальный цвет его обивки.

— Че надо? — В тусклом свете комнаты блестели белки темнокожего верзилы. Он оскалился в хамоватой улыбке и выхватил мятые купюры из руки Джонатана. — Скоро с фараонами трепаться будешь. Насколько я слышал, на тебя уже настучали.

Джонатана всегда бесило, как быстро эти уличные парни узнавали новости. Он подумал, что когда-нибудь его действительно выследят. Нет, надо гнать прочь эти мысли.

Получив то, зачем пришел, он покинул комнату. Уже в коридоре он развернул сверток и аккуратно насыпал белый порошок на складное зеркальце, помогая себе долларовой купюрой, и глубоко вдохнул. В ту же минуту образ Кэсс возник в его воспаленном мозгу. Его бы воля, эта стерва наконец получила бы по заслугам.

Джек вошел в нее еще раз. Когда стоны затихли, он откинулся на спину.

— Ах, дорогой, это было просто великолепно. — Она легла на живот и погладила его грудь. — Ты такой опытный любовник. Большинство парней, которых я знаю, такие эгоисты…

Джек знал, это были не просто слова. У Доми было очень много парней.

— Девушку можно ведь и избаловать. — Мягкими дразнящими поцелуями она покрывала его шею и грудь.

— А ты не останавливайся на одном, — пошутил он.

— А что плохого в том, что мужчина остепенится и заведет себе постоянную женщину?

Она с чувством посмотрела на него. Джек оттолкнул ее, резко встал и потянулся к халату, что лежал у изголовья кровати. Он знал, раз уж женщина заговорила о таких вещах, пора уносить ноги.